Книга Башня Авалона, страница 116 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

— Картечь! – кричит Рафаэль. – Ложись!

Я распластываюсь на дне лодки, и через секунду что-то с визгом проносится мимо. Вокруг разлетаются брызги от смертоносных ударов по воде. Маленькие снаряды, предназначенные ранить и убивать.

Картечь разлетается во все стороны и не обязательно должна точно угодить в цель. Преследователям нет нужды топить нашу лодку – достаточно ранить нас и затормозить, чтобы догнать.

— Быстрее, – хрипит Вивиан, снова берясь за весло.

Они с Рафаэлем изо всех сил гребут в сторону мерцающего тумана. Жужжание Завесы отдается вибрацией на моей озябшей коже.

— Они приближаются! – кричит Фрейя.

— Вивиан ранена, – сообщает Рафаэль.

— Я в порядке, – возражает она, хотя ее рука кровоточит.

Через несколько секунд она со стоном роняет весло в воду. Я бросаюсь и подхватываю его, пока не унесло.

— Умеешь грести, Ния? – спрашивает Рафаэль. – Сможешь одновременно грести и приподнять Завесу?

Лучше бы нам с Фрейей поменялся местами, но нет времени.

— Я справлюсь. – Мышцы окоченели от холода, но, если не смогу грести, мы, считай, покойники.

Я смотрю на Завесу и начинаю грести. Я проделывала это всего несколько раз во время коротких лодочных прогулок по озеру или пруду. Но гребля в море – совсем другое. Я знаю, что нужно грести синхронно с Рафаэлем, и очень стараюсь подстроиться.

Я всей кожей чувствую жужжание Завесы, пока мы налегаем на весла. Снова гремят пушки. Я съеживаюсь на сиденье и молюсь, но продолжаю грести. Один из снарядов попадает в лодку, и Фрейя вскрикивает от боли. Не знаю, ранена она или погибла; нельзя отвлекаться. Мы почти у Завесы – гораздо ближе, чем я думала. Корабли нависают почти над нами. Нет времени остановиться или сосредоточиться на своей силе.

Мы с Рафаэлем гребем и гребем, а я мысленно погружаюсь в себя и подцепляю распускающуюся внутри темно-красную магию. Позволяю ей разрастись – и судорожно швыряю в Завесу.

Жужжание стихает, лодка погружается в туман. Мы переплываем на другую сторону, я медленно прерывисто выдыхаю и оглядываюсь. Фрейя жива. Корабли преследователей маневрируют. Снова гремят пушки, но в ночной тьме за Завесой выстрелы проходят мимо цели.

Все еще дрожа, я понемногу успокаиваюсь. Мы не просто выжили: у нас карта.

Я медленно моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд на Райте. Он стоит за кафедрой, оглаживая светлую бороду. Свет льется сквозь высокие сводчатые окна на ряды курсантов. Сенешаль продолжает что-то бубнить. Кажется, он говорит про Завесу.

Мы вернулись с нашей миссии с Джерси четыре дня назад, но в моей голове по-прежнему туман. Даже сейчас обрывки чужих мыслей заполняют мой разум, как помехи, и я испытываю страшные, изматывающие головные боли. Единственное облегчение – неиссякаемый запас травяного чая Таны. К сожалению, сосредоточиться практически невозможно. Отбор уже на носу, я изо всех сил стараюсь чему-нибудь научиться и занимаюсь до двух часов ночи.

— Ни одна преграда в истории никогда не была столь эффективна, как эта Завеса, – вещает Райт. – Агенты МИ–13 не могут проплыть, или проложить туннель под ней, или даже пролететь сверху. Изредка встречаются магические предметы – сферы, кристаллы и тому подобное, способные дать некую защиту от магии Завесы. Но они нестабильны, и многие, пытаясь их использовать, погибают. Маги Оберона держат Завесу поднятой, не давая людям вторгаться на их территорию. К сожалению, наш единственный надежный способ пройти через барьер – это Стражи. На данный момент у нас только один квалифицированный Страж. Как я только что обсуждал с моей прекрасной племянницей Джиневрой, наше руководство было вынуждено прибегнуть к использованию необученных, посредственных альтернатив. – Он бросает на меня острый взгляд. Весь класс оборачивается и тоже смотрит на меня так, словно я совершила что-то ужасное.