Книга В объятиях вендиго, страница 93 – Эдди Паттон

— Кэра… – голос Лестера слабел, но в нем были эмоции, пусть мужчине и требовалось приложить усилия, чтобы их проявить, – останься в квартире…

— Хорошо.

— Просто останься в квартире.

song: bush – crossroads

Откинув руку на лицо и прикрыв пальцами глаза, он уснул в таком положении с натянутым на голову капюшоном: светлые русые волосы торчали из-под него, прилипнув ко лбу. Их хотелось убрать, но я не позволяла себе трогать Лестера.

В его спальне было холодно, и мне пришлось закрыть распахнутое окно: вечерняя пасмурная погода приносила ледяные порывы ветра, где-то далеко сверкали молнии.

Обстановка выглядела самой простой: двуспальная кровать с белым постельным бельем, низкий комод с наушниками и мобильником на нем, пустой цветочный горшок в самом углу и отчетливый запах спирта из ванной комнаты.

Лестер не был пьян. От него не пахло выпивкой, и я нигде не нашла пустых бутылок от алкоголя, и поэтому, убрав бумаги со стола и с пола, я оставила их в ящике за креслом, и только потом прошла по запаху – там был вход в ванную.

Дверь поддалась легко. Увиденное меня шокировало. Я стояла посреди комнаты с непроницаемым выражением на лице. Щелчок замка, тихий вдох.

Кровь.

Раковина в разводах, по бокам – отпечатки рук, словно кто-то опирался на нее, находясь не в самом спокойном состоянии духа. На полу – тот самый нож, найденный на месте, где Элиас решил покончить с собой.

— Боже… – Я убрала волосы за уши и прошлась к раковине, чтобы поднять нож с пола и вернуть его на край кафельной чаши. Больше прикасаться к нему я не хотела.

Кровавые разводы на кафеле выглядели угнетающе; мне захотелось умыться, но я не могла прикоснуться к ручке крана – она тоже была в кровяных брызгах.

То, что здесь произошло, было тайной Лестера, и я не знала, стоит ли что-то предпринимать. Отодвинув штору ванны, я заметила еще несколько розовых разводов – здесь он смывал с себя все, что осталось. Мазал руками по кафелю на стене, оставляя две розовые полосы, что стали сейчас темно-бордовыми.

Меня прошибла дрожь, но я только тяжело выдохнула. Громко и потерянно.

Что-то внутри ёкнуло. Захотелось вернуться в комнату и лечь рядом с мужчиной калачиком, взяв за руку и закрыв глаза. Мне тоже хотелось уснуть, чтобы забыться хотя бы на несколько часов.

Но реальность вставала перед глазами океаном крови. Столько я не видела ни разу в жизни.

Последняя неделя меня убивала. Медленно, тяжело и гнусно тащила по острым лезвиям событий – будто кровь была моей. Но она, засохшая и оставшаяся разводами, была его.

Лестера.

На полочке справа от раковины я нашла склянку с медицинским раствором – именно он так вонял этанолом. Бинты, пластыри, вата в плотной упаковке, несколько пачек таблеток. Снотворное. Обезболивающие. Антибиотики.

Ему очень плохо.

И сколько он это скрывал? Как давно все это началось?

— Не делай с собой ничего… – произнесла я вслух, не понимая, зачем говорю с пустотой.

Но мне не казалось, что это была попытка суицида. Норта просто снова ранили.

Подойдя к раковине и подавив в себе странное желание залить здесь все хлоркой, я открыла кран и пошла искать что-то, чем можно отмыть пол и стены. Из небольшого шкафа возле ванны мне удалось выудить пару губок и какое-то средство для чистки кафельных покрытий.