Книга Ворон против стаи, страница 9 – Владимир Колычев

— Лишь бы ты давала.

— А если ты и меня посадишь?

— И посажу, если Регине своей не позвонишь. Прямо сейчас.

— А что за срочность такая?

— Такая. Сякая.

Симеонова уже отработала на сегодня и сладко спала в полном одиночестве. Макс отправился к ней. Арину выпроваживать не стал. Пусть отдыхает, ему не жалко. Тем более что квартиру скоро сдавать. Правило у него — больше месяца на одном месте не задерживаться. Увы, но врагов в этом городе у него уже больше, чем друзей.

Машина стояла во дворе соседнего дома, Макс шел к ней через детскую площадку. Еще не дошел, когда к подъезду подъехал милицейский уазик с выключенными проблесковыми маячками. Из машины вышел человек в штатском, контурами своего тела живо напоминающий Кобрина, в сопровождении двух патрульных скрылся в подъезде. Третий боец остался внизу.

Макс выдернул из кармана телефон, Арина успела ответить до того, как в дверь позвонили. Он сказал, чтобы сидела тихо.

Арина дверь не открыла, а Кобрину хватило ума не взламывать квартиру. Через полчаса Максу позвонил начальник отдела.

— Воронов, ты где? — резко спросил Слепов.

— Работаю.

— Куда-то едешь?

— Долбанутым нет покоя. Это про меня.

— Точно — долбанутый. Собственная безопасность тобой интересуется.

— Кто именно? — Макс изобразил недоумение.

— Узнаешь. Чтобы завтра в девять как штык был в управлении!

— Не вопрос.

— И смотри там!

Слепов дела за взятки не разваливал, убийц и воров на свободу за деньги не отпускал, но благодарность от таких потерпевших, как Елистратов, принять мог. И к его рукам также по мелочи прилипнуть могло. И о некоторых его грешках Макс знал, не без этого.

— Нормально все будет, — останавливая машину, пообещал Макс.

…Моложайск — город большой, богатый, не областной центр, но четыре района в нем. Макс не мог знать всех проституток, но Регину Симеонову видел. Во всяком случае, лицо девушки, открывшей ему дверь, показалось знакомым. И он даже вспомнил, где видел ее. В зале суда. Матильде оглашали приговор, а эта миловидная шатеночка сидела в зале, глаза большие, красивые, грустные.

— Ты?!

И Симеонова шарахнулась от него, даже попыталась закрыть дверь, но Макс вовремя сунул между косяком и дверью ногу.

— Тихо, моя хорошая! Не надо портить мне воспоминания, — сказал он, переступая через порог.

Арина — девушка своеобразная, и юмор у нее не всегда отформатированный. Позвонила Симеоновой, сказала, что клиента ей сосватала, сама не справляется. Спрос же высокий, а времени на всех не хватает.

Вряд ли Симеоновой грозил дефицит спроса, но немного поработать она согласилась и, конечно же, привела себя в порядок. Прическа, макияж, короткая открывающая пупок ночнушка под длинным, не очень плотно запахнутым халатом.

— Какие воспоминания?

— А в суде… Я даже думать не мог, что ты проститутка.

— Я не проститутка!

— Ну да, жрица высокой корыстной любви… Да ты не переживай, я тебя задерживать не собираюсь. И субботник устраивать тоже. Я же не Кобрин.

— При чем здесь Кобрин? — встрепенулась Регина.

— Да при том, что Кобрин на Адама работает. А у меня с Адамом, сама понимаешь, такие же отношения, как с твоей Матильдой. С одной только разницей, что я его посадить пока не могу.

Макс осматривал единственную в квартире комнату. Ну да, обстановка легкого интима присутствует, розовое одеяло, красный балдахин в изголовье, шкаф с зеркальными дверцами напротив кровати, ароматизированные свечи в полной готовности к применению — по желанию клиента. И Максу вдруг захотелось их применить. Регина действительно хороша собой, а он к проституткам привычный.