Книга Сквозь другую ночь, страница 165 – Вадим Панов

— Какая она?

— Одинокая.

— Что?

— Ой. – Ангелина на мгновение замолчала, а затем покачала головой: – Знаешь, а ведь это у меня само вырвалось, а значит, наверное, так оно и есть. Хотя странно… Тая весёлая, энергичная, очень живая, постоянно фонтанирует идеями, такой, знаешь, вулкан в юбке. Я думала, мы пообщаемся, и она меня через десять минут забудет, а она не забыла. Я сначала не обратила внимания на то, как быстро мы сблизились, решила, что так иногда бывает: люди знакомятся, мгновенно чувствуют друг друга и через месяц возникает ощущение, что они дружили с детства, но теперь… Теперь я думаю, что она очень одинокая. По-настоящему одинокая. И я думаю, что дело в ней самой. Она умело и очень тактично держит людей на расстоянии. Я чувствовала эту стену, а потом вдруг перестала и решила, что она исчезла – стена. А теперь я думаю, что стена осталась, просто Тая сделала так, что я перестала её замечать. И знаешь, – Ангелина помолчала, тщательно подбирая слова, – я думаю, Тая сильно страдает от одиночества, но она почему-то никому не доверяет. Вообще никому.

— Это плохо, – тихо сказал Вербин.

— Это ужасно. – Ангелина допила вино и посмотрела на Феликса. – Что теперь будет?

— Ничего, – пожал плечами Вербин. – Я продолжаю расследование, ты живёшь так, как жила.

— Жаль, что ничего. – Ангелина соскользнула с табурета, но на мгновение задержалась около Феликса. Коснулась его руки. – И жаль, что так получилось. Правда – жаль.

Игорь Иванович Трутнев, следователь, который вёл дело об убийстве Павла Русинова, предпочитал собирать полицейских у себя, в областном Следственном комитете – учитывая, что расследование затрагивало интересы московских коллег, в местном отделе его не оставили. Вербина вполне устроило, что не пришлось тащиться в Подмосковье, и не произвела никакого впечатления строгость, с которой его встретил Трутнев, вознамерившийся сразу показать, кто здесь принимает решения.

— Насколько я понимаю, Феликс Анатольевич, вы приехали официально поздравить нашу следственную группу с прекрасно проведённым расследованием? Благодаря чётким и слаженным действиям, убийство вашего бывшего сотрудника раскрыто в кратчайшие сроки. В свою очередь, хочу поблагодарить вас за участие в расследовании и версию, которая стала основной. Не скрою: без выдвинутого вами предположения мы бы долго искали подходящие «пальчики». Теперь же всё ясно, как день.

Официальное заключение легло на стол следователя вчера вечером: отпечатки пальцев на руле электровелосипеда принадлежат Таисии Андреевне Калачёвой. Следы краски, обнаруженные на переднем крыле электровелосипеда, идентичны краске с машины Павла Русинова. На переднем колесе электровелосипеда обнаружены повреждения, которые могли возникнуть после удара по автомобилю. Вывод очевиден.

Если бы не одно «но». Нет, пожалуй, даже, «НО».

— У Калачёвой твёрдое алиби, – напомнил Вербин. – Она развлекалась с подружками в клубе, что подтверждают и свидетели, и видео.

— Это уже ваша работа, – жёстко произнёс Трутнев. – Найдите брешь.

Судя по кислой физиономии Шерстобитова, эту задачу перед ним уже поставили, но как к ней подступиться, Николай не знал.

— Алиби безупречно, – спокойно ответил Феликс. – Я мог пристегнуть Калачёву к делу и без всякого велосипеда, поэтому лично проверил её историю. В ней нет ни одной трещины.