Онлайн книга «Кэп и две принцессы»
|
— Твою ж мать! — заорал Ким, переключив динамики на внешнюю сторону. В этот момент он совершенно забыл, что тот, к тому был обращён его страстный порыв, совершенно ничего не понимает. — Ты, ушлёпок, быстро положил оружие на землю! И аккуратно! Слышишь, что говорю?! Иначе нас всех — и тебя тоже — даже на парочку котлет не хватит… От звука его голоса, усиленного динамиками и прогремевшего громом небесным в пустоте Второй, льсянин вздрогнул всем телом, медленно посмотрел вокруг себя, будто только очнулся от долгой комы, а затем и в самом деле выпустил плазмоган из рук. Оружие, к счастью для всех, так и не снятое с предохранителя, упало на камни с глухим стуком, словно было не грозным, извергающим плазму, смертоносным драконом, а простой железякой, из тех, которыми до сих пор пользуются на провинциальных фермах, чтобы установить загон для скота. Вслед за плазмоганом, сначала неловко всплеснув руками, а потом судорожно схватившись за оголённую разъехавшейся защитой шерстистую грудь, медленно, словно в сильно разреженной атмосфере, упал льсянин. Свалился без единого звука и затих. — Он уснул от волнения? — несколько неуверенно спросил Ким. В его голосе едва теплилась надежда. Но Рене, не дождавшись окончательной обработки в шлюзе, уже выскочила из КЭПа, на ходу щёлкая застёжкой этого треклятого шлема. От неё валил пар, и в темноте, подсвеченной зеленоватыми огнями иллюминаторов, она казалась пушистым, очень торопливым зверем. Рене знала, что значат подобные судорожные движения рук… Она опустилась на колени перед телом несчастного льсянина, сдёрнула перчатку, зацепила остановившееся веко республиканца и подняла его вверх. Вместо чёрной, отражающей всё вокруг бусины, в глазнице слепо зияло бездонное бельмо. Остановка сердца! Она приложила ладонь к сонной артерии. Полное исчезновение пульса. Льсянин не спал. Он умирал сейчас по невыясненной причине вот здесь, на совершенно чужой и ему, и людям планете, преисполненный непонятной и нелогичной ненависти к единственным существам, которые могут его спасти. Если нет — это межгалактический скандал. Экипаж, посланный с дипломатической функцией, и труп инопланетника на абсолютно пустынной Второй. Рене почувствовала за спиной движение. Экипаж вслед за ней вывалился из КЭПа и сейчас во все четыре глаза — пара человеческих и пара чёрных бусин — смотрел на её действия. — В медблок его, живо! — прикрикнула Рене, — оставь свою пушку, Ким, потом, всё потом! Она побежала, не оглядываясь к лабораторному модулю. Здесь всё было гораздо компактнее, хотя лучше сказать — теснее, чем на «Иллюзионе», поэтому Рене успела пройти дезинфекцию и переодеться в операционный костюм, пока Полянский с республиканцем притащили умирающего и погрузили в реанимационную капсулу. По опыту восстановления Кена Рене знала, что льсянский организм в основных моментах функционирует по тому же принципу, что и человеческий, и даже обладает более совершенной способностью к регенерации тканей. Поэтому она, нисколько не сомневаясь в том, что увидит, бросила взгляд на монитор. — Фибрилляция желудочков! Если промедлить ещё хоть мгновение, его мозг умрёт от неспособности сердца перекачивать кровь. — Эпинефрин немедленно! Ампулу! Мне, а не в систему! Ким кинулся к шкафчику, где на всякий случай стояли препараты для ручного применения, но вдруг остановился: |