Книга Метла, страница 168 – Евгения Райнеш

— А ты... Как ты чувствуешь себя сейчас?

Агнес грустно улыбнулась:

— Как и всегда. Обиженной на всех людей. Желающей мести, и все время подавляющей в себе это желание. Иногда это не получается, и я делаю нехорошие вещи. Все время чувствую запах горелого жареного мяса. Ненавижу этот запах, он сводит меня с ума.

Агнес передёрнулась.

— Он вышел на нас, на потерянных. Мне пообещали покой в обмен на.… Как это он сказал? Лояльность.

— Кто? — тут же спросила Соня, потому что уже совсем ничего не понимала.

— Специалист по связям с общественностью.

Агнес показала глазами на небо, потом на землю, и опять превратилась в соляной столб. Соня потопталась на месте.

— Тогда.… До свидания? — неуверенно спросила она, крепко сжимая метлу в руках, словно боясь, что она опять исчезнет.

— Мы больше не увидимся, — сказала инсанта. — Мне и так было невероятно сложно встретиться и поговорить с тобой.

— Но почему? — удивилась Соня. — Я же тут часто бываю. В доме у Лешего.

— Я не твоя химера, — загадочно сказала Агнес. — Это он меня придумал. Ему и решать, куда мне ходить и с кем разговаривать.

2

— Ну, и как ты себе это представляешь? — голос Сони был обвинительным совершенно. Они с Лешим уже битый час пытались пристроить манекен на метлу. На первый взгляд, кукла казалась хрупкой и изящной, но при более близком контакте получалось, что она тяжёлая и громоздкая. Жанна с тревогой в глазах наблюдала, как они елозят манекен головой по земле, но благоразумно молчала. У Сони время от времени просыпалось второе дыхание, и она начинала выдвигать идеи, причём, одна была круче другой. Но, к сожалению, все они терпели крах при соприкосновении с реальностью. А проще сказать, Алиса не желала пристраиваться на метле. Сейчас манекен печально блестел, прислонённый к дереву, весь обмотанный прозрачным скотчем, которым Соня и Леший пытались прикрепить непослушную куклу к древку. Манекен заваливался то в одну, то в другую сторону, увлекая за собой метлу. Соне даже страшно было представить, как это будет выглядеть в полёте. Если вообще удастся взлететь.

— Это все из-за вас, из-за вас, — у неё перехватило дыхание от беспомощности и неудач. Леший с Жанной переглянулись, и протянули ей, стоящий наготове поднос с пиццей. Соня, не глядя, взяла кусок и принялась задумчиво жевать, разглядывая замызганный манекен. Жанна молча сделала знак Лешему, на какое-то время исчезла из поля зрения, затем вернулась. Она катила за собой старую коляску на роликовых полозьях.

— От девочек осталась, — объяснила она.

В коляске Алиса уселась очень крепко. Они примотали её все тем же скотчем, затем толстым канатом укрепили коляску на метле.

— Ну, Соня, давай, — с волнением произнёс Леший. — Ещё ничего больше пакета с пирожками не удавалось пронести через границу. Посмотрим, какая из тебя выйдет контрабандистка.

Соня представила, что у неё на лице могли бы быть очки, и глянуть строго на Лешего поверх них было бы очень кстати. Но очков, увы, не было, и она постаралась вложить этот презрительно-уничижительный взгляд в голос:

— Вот тут ты, Леший, совсем меня не успокоил.

Она села на метлу и потихоньку тронулась с места. В принципе, равновесие держать было возможно. Соня осмелела и сделала небольшой круг над двором. Все получилось. Она приземлилась, стараясь учитывать дополнительную помеху, болтающуюся за метлой, и это получилось тоже. Коляска приземлилась ровно и твёрдо. Соня, махнув рукой друзьям, уже уверенно начала набирать высоту.