Книга Метла, страница 125 – Евгения Райнеш

— Вы уж постарайтесь, я вас очень прошу! Успейте до утра, пожалуйста. Как же мы с этим жить сможем...

Жанна, успокаивая выведенную из себя последними событиями подругу, взяла её за руку:

— Леший сказал, до утра перезахоронить, значит, сделаем. Не беспокойся...

Она со смехом махнула рукой в ту сторону, где среди суетящейся публики, облокотившись на черенок лопаты, разглагольствовал Фред.

— Эка невидаль — ожившая могила, — с достоинством вещал он, явно довольный вниманием. — Это же сплошь и рядом случается. Вот случай был лет сто назад, он в приходно-расходной кладбищенской книге у моего деда описан. Тогда с нашего кладбища исчезла могила некоего Голденмаейра. Раскопали захоронение, а там, где ему следовало находиться, пусто. И что вы думаете? Мой дед нашёл могилу в двустах метрах от того места, где ей положено быть. Никаких сомнений: тот же невысокий земляной холмик, а главное — памятник... Ему, Голденмайеру, памятник.

— Фред, — кто-то крикнул из толпы, — ты давай, помогай лучше! А то с твоими побасёнками, мы и до утра не управимся!

Бармен взял лопату наперевес и отправился к надгробью, которое окружили мужики, и уже принялись окапывать плиту со всех сторон. Фред вонзил лопату в землю, но историю свою продолжил:

— Но дед мой слыл человеком упёртым, он настоял на том, чтобы разрыли и эту могилу. Зачем ему непорядки на кладбище? И вот на глубине полутора метров открываются изумлённой публике остатки сгнившего дубового гроба и скелет в истлевших лохмотьях. И что вы думаете? На скелете — фамильный перстень с монограммой. Вот вам и Голденмаейер, собственной персоной. А кости эти так плотно вросли в глину, что перенести это всё в другое место никакой возможности не представлялось. Разве что вырубить скелет из почвы. Вот кому бы пришло в голову проделывать такую работу? И зачем?

Он выдержал эффектную паузу, делая вид, что погрузился в копание.

— И зачем, как ты думаешь, Фред? — спросил его сын Савоя, которому было очень любопытно, чем же закончилась история.

— Народ решил, что несчастный Голденмайер тайком от всех когда-то занимался чёрной магией. И теперь, якобы, его прах колдовской не может обрести покоя. Перепугались, конечно. Всё это безобразие вскрыли, останки вытащили из гроба и торжественно сожгли на глазах толпы. Яму с пеплом забросали камнями и поставили на могилу крест из осины...

Народ продолжал бодро махать лопатами в свете ночных фонарей под занимательный и поучительный рассказ Фреда.

4

Небольшое кладбище, наверное, было довольно ухоженное. В темноте Соня разглядеть не могла, и, честно говоря, желания изучать эту территорию у неё не возникло. В свете небольшого фонарика, который предусмотрительно оказался у Лешего в кармане, появлялись из темноты ровные ряды надгробий, между которыми теснились старые корявые деревья, где-то, пугая Соню совершенно, появлялись целые статуи в натуральную величину. Они казались ей не камнем, а кем-то... В общем, кем-то страшным и не совсем человеческим.

Соня, цепляясь за свободную от фонарика руку Лешего, тащилась за ним по пыльной дороге, и тихо ныла, вздрагивая от каждого шороха. Ей казалось, что это тёмное пустынное пространство наполнено непрекращающимся шёпотом, и ещё, что за ними непрестанно следят со всех сторон.