Книга Измена. Пока месть не разлучит нас, страница 21 – Инга Максимовская

Лидия

— Он хочет секса, девочки. Секса. С утра мне телефон оборвал. Потом приперся с цветами, представляете? — таращит глаза Малика. Держит крошечную чашечку двумя пальчиками, по королевски. Красивая дрянь. Бесит ужасно. Чувствую себя рядом с ней старухой Шапокляк. И Вика тоже испытывает подобные эмоции, судя по перекошенной мордашке. А они чем-то похожи. Обе рыжие и спортивные. Только у жены моего жениха низ легче. Бедра узковаты и грудь не такая аппетитная, как у нашей самой молодой молочной сестры.

— Представляем. Ко мне он тоже сегодня яйца подкатывал, — морщится Вика. — Я тоже отказала, сказала, что мне некогда, потому что нужно его проект закончить.

— И что? Закончила? — черт, а мне он просто позвонил. И типа такой. Ну и ладно, не хочешь, как хочешь, Охрененно обидно. Прямо до комка в горле.

— Я бы на твоем месте ему хрен во весь экран забубенила. Прикиньте, девочки. Он включает презентацию в офисе, перед заказчиком и начальством, а там… Огромный болт с волосатыми яйцами, — хихикнула Малика, сделала маленький глоточек кофе и застыла как статуя. Это ж надо так уметь к себе взгляды притягивать. Все редкие посетители этого кафе, мужского пола не сводят с нее плотоядного взгляда. А она… Она выбрала нашего Алекса, мать ее.

— Я хотела. Но потом подумала, что оставлю этот шикарный момент его позора напоследок. Нет, ну если сейчас, он сразу поймет, что что-то не так. А еще рано. Нужно насладиться местью в полной мере. Но там ему позора и так хватит, обещаю, — Вика отставила пустую чашку и окинула нас с Маликой взглядом. Да уж, команда похмелужных мстительниц. Дали мы вчера, конечно. А что, это стресс же. Только вот что-то сегодня мне уже не кажется такой шикарной идея, мстить мужику, в которого я влюблена, как кошка, все еще, в компании этих фурий.

— А давайте скажем ему, что у нас месячные, — предложила я.

— Ага, прямо эпидемия всех троих скосила. Да и потом, нам это даст фору в несколько дней. И кроме того, я не желаю отсрачивать, отсрочивать, не важно… и дня его позора, — треснула по столу кулаком Вика. Я аж подскочила от неожиданности.

— Ну… Я могу принять удар на себя, — хмыкнула я.

— Я тебе сейчас такой удар выпишу. Прямо в глаз, — пообещала Виктория. И я ей поверила сразу и безоговорочно. — Ты вообще что ли не имеешь чувства собственного достоинства? Этот хлюст об нас ноги вытер, а ты готова с ним потрахаться? Типа на благо нашей концессии? Уж себе то не ври. Он тебя обокрал, унизил. Растоптал. Еще и жертвой себя выставил. Ай ты как его обидела, на Мальдивы свозив. Бедненький, несчастненький… И ты готова с ним переспать снова? Лида, очнись, что сказал бы твой великий папа, если бы узнал, что его дочь готова унижаться перед ничтожеством?

Ну так-то вообще она права. Я что-то поплыла, видать. Я же и вправду себя не на помойке нашла. Я, между прочим, почти светская львица, хотя и не люблю всей этой движухи. Но папа настаивает. Просто надо как то привыкнуть к мысли, что у меня нет больше жениха. И что придется, наверное, купить себе чихуахуа, и стать сумасшедшей песьей мамочкой. Покупать псине одежки, дуть ей в жопу и превратиться в противную воняющую псиной стерву, таскающуюся по светским раутом с мелким крысенышем в сумке.

— А я знаете, что думаю, девочки? — наконец то изрекла притихшая Малика, слушавшая растерянно нашу перепалку. — Давайте ему шлюху снимем. Ну, она его отвлечет, и идея есть интересная.