Книга Воплощение Похоти 6, страница 120 – Игорь Некрасов

— К хозяину! — крикнула Лира Косте, её голос был запыхавшимся, но твёрдым. — Прорывайтесь!

Их появление вдохнуло в крыс крохи надежды. Но их было всего двое. А пауков — всё ещё сотни. Хотя Роган и Лира сражались яростно, используя свою скорость и навыки, чтобы бить по уязвимостям и отвлекать на себя, они лишь слегка замедлили неизбежное.

Они могли защищать самих себя и пробивать небольшие проходы, но не могли переломить ход боя. Роган, отбиваясь от трёх тварей сразу, уже получил глубокую царапину на боку — его «Стальное тело» спасло от худшего, но рана кровоточила. Лира, вертясь как волчок, отсекала лапы, но её дыхание стало сбивчивым. Ситуация снова катилась к краю.

И тогда прибыли они.

Сначала из леса вылетела, словно призрак, Малья. Рыцарь Ночи. Её чёрный доспех почти не отражал дневной свет, делая её похожей на сгусток мрака. Она не бежала — она скользила, и длинный меч в её руках был не оружием, а продолжением воли. Она врезалась в самое плотное скопление пауков, и вокруг неё начался вихрь. Меч описывал широкие, смертоносные дуги, не рубил, а сметал. Хитин лопался, лапы летели прочь, тела разваливались пополам. Она была ядром, вокруг которого всё умирало.

Следом, уже не так тихо, высыпали остальные. Два десятка фигур в лёгких доспехах, с бледными лицами и острыми взглядами. Низшие вампиры. На них действовал штраф «Дитя ночи» — солнце, пусть и пробивающееся сквозь верхушки деревьев, давило на них, делая движения чуть тяжелее, реакции чуть медленнее. Но они были вампирами. Голодными, злыми и ведомыми своей госпожой.

Среди них выделялись трое.

Кэтти, полурослик с огненными волосами, виртуозно орудовала парой коротких кинжалов. Она не била в лоб — используя свой малый рост как преимущество, она заскакивала паукам на спины и вонзала сталину в основания глаз.

Рядом с ней, словно хвостик, сражался её парень, такой же низкорослый. Он не обладал её безумной энергией, но каждый его удар коротким мечом был весьма смертелен, пускай и не умел.

И Сабрина. Бывшая волшебница, затем пленница, а теперь — уверенная в себе воительница-вампир. Её стиль был иным: она прикрывала спины другим, её меч находил стыки в хитине с пугающей эффективностью, а в её глазах горел холодный, сосредоточенный огонь.

Их прибытие стало переломом. Не потому что они были невероятно сильны — днём, голодные и ослабленные, они были далеки от пика своей мощи, а потому что они ударили с фланга и с тыла, в тот самый момент, когда пауки уже считали добычу своей. Малья крушила центр, хисаны и крысы держали оборону, а вампиры, ведомые Кэтти и Сабриной, принялись методично «отщипывать» края паучьего кольца, разрывая его целостность.

Пауки зашипели, их стройность и координация, державшиеся на тонкой нити воли королевы, дали трещину. Часть тварей развернулась на новую угрозу, ослабив давление на измождённый отряд. И Костя, заметив это, выдохнул с таким облегчением, что чуть не рухнул.

Он поднял голову и увидел Балию, которая только что отсекла голову крупному пауку и теперь оглядывала поле боя её любопытным взглядом.

— Время уходить, крысёнок! — крикнула она, указывая алебардой на образовавшуюся брешь. — Пока они заняты, веди своих к господину! Живо!

И Костя, собрав последние силы, закричал своей горстке выживших: