Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+, страница 62 – Игорь Некрасов

Её лицо тут же исказилось от шока, и она дернулась назад.

— Ты охуел, что ли? — тихо, но с ледяной яростью прошипела она и с размаху ударила его по щеке ладонью.

Звонкий шлепок прозвучал в салоне. Семён Семёныч, услышав возню и резкий звук, беспокойно попытался обернуться.

— Что у вас там происходит? Уточните, пожалуйста, характер инцидента!

Дарья, уже не глядя на Игоря, оттолкнулась от него, дёрнула ручку и начала выбираться из машины, бросая через плечо:

— Щенок, сука…

Щека Игоря горела — не столько от боли, сколько от внезапности её удара. Это было жгучее, слегка пульсирующее напоминание о том, что он преступил границу.

И когда она уже почти выбралась наружу, её приятная попка, всё ещё обращённая к нему в тесном пространстве двери, оказалась в слишком соблазнительной зоне досягаемости. Игорь, повинуясь чистейшему животному импульсу, не удержался от отмщения — его ладонь со звонким шлепком легла на ее упругую попку.

После он тут же резко дёрнул дверь на себя, захлопнув её. За стеклом, как в немом кино, показалось её лицо, искажённое яростным возмущением. Она что-то кричала, но звук поглотил уличный шум и герметичность салона. И лишь по движению ее губ можно было понять, что там явно не комплементы.

— Всё! Поехали, — бросил Игорь таксисту, откидываясь на сиденье. — Быстрее, быстрее!

Машина тронулась. Игорь смотрел в боковое стекло на удаляющуюся фигуру. Она стояла на тротуаре, всё ещё что-то выкрикивая им вслед и забавно размахивая кулаком.

И странное дело — сначала в его глазах читалось лишь лёгкое сожаление о случившемся, но затем, по мере того как расстояние росло, по его лицу поползла непослушная ухмылка. Эта её ярость, этот огонь в её глазах, эта абсолютная, неконтролируемая реакция — всё это было чертовски притягательно.

Семён Семёныч, всё ещё не видевший кульминации инцидента, но слышавший возню и чувствовавший напряжение, обернулся к Игорю. Его лицо выражало глубокую озабоченность, смешанную с привычным менторским неодобрением.

— Игорь Семёнов, — начал он, тщательно подбирая слова, — должен констатировать, что в данной ситуации ваше поведение было, мягко говоря, далеко от идеалов корпоративной этики и простых норм человеческого взаимодействия. Честно говоря, я несколько удивлён подобной… импульсивностью с вашей стороны.

Он сделал паузу, давая своим словам проникнуть в сознание молодого коллеги, и затем продолжил, слегка понизив голос, будто делясь важным открытием:

— Позволю себе предположить, что определённое… деструктивное влияние на ваше обычное благоразумие оказывает непосредственно общество Дарьи Станиславовны. Её манера общения, её… э-э-э… экспрессивность, очевидно, обладает свойством провоцировать в вас подобные нехарактерные реакции. Вам, как перспективному сотруднику, следует быть осмотрительнее в выборе окружения, способного негативно влиять на вашу профессиональную репутацию.

Игорь, всё ещё с непослушной ухмылкой на лице и с горящей щекой, коротко парировал, глядя в окно на удаляющийся тротуар:

— Да она просто… чересчур эмоциональная.

Семён Семёныч тяжело вздохнул, поняв, что его назидание не возымело должного эффекта. Он перевёл дух и, повернувшись к водителю, изрёк с церемонной вежливостью:

— Молодой человек, приношу извинения за возникшую задержку и за… некоторую нервозность обстановки. Благодарю вас за терпение.