Книга Бывшие. Отомстить профессору, страница 55 – Софья Феллер

— А я всегда стеснялась этого. Был неприятный опыт.

— Дурак тот, кто не оценил. Мне ты подходишь на все сто. Кажется, я влюблен в тебя.

— И я.

Тянется к моим губам, нежно целуя.

Расслабляемся оба настолько, что засыпаем, так и не посетив ванную, в обнимку.

Ночью я просыпаюсь от жажды. Приходится спуститься на кухню. Оттуда приношу для нас обоих стаканы с водой.

Мира спит голая, оттопырив попку. Я пристраиваюсь к ней со спины, плотно прижимаясь бедрами, а руку кладу на живот. Так и засыпаю.

Утро будит нас рыком:

— Какого хрена?

Мира

Просыпаться в объятиях любимого мужчины — что может быть лучше? Я изо всех сил стараюсь ловить последние утренние минутки вместе. Не шевелюсь, чтобы не будить Влада.

Одна его рука свободно вытянулась вдоль подушек, придавленная моей головой. Вторая же собственнически лежит на ягодицах, сжимая их, вызывая сладкое томление, очень приятное, надо сказать.

Животом я прижата вплотную к нему, так что во всей красе ощущаю силу утреннего бодрого состояния Влада. Между нами совсем нет одежды, поэтому жар раскаленной головки упирается прямиком в мой лобок.

Я плыву на волнах нежности, уткнувшись в шею. Мы лежим в полутьме комнаты, пропитанной сладким послевкусием нашей близости. Я вдыхаю аромат его кожи, чувствуя волны удовольствия, пробегающие по телу. Этот запах — уникальный, завораживающий, он заполняет моё сознание, заставляя чувствовать себя защищенной и одновременно возбужденной.

Его запах — это глубокий, богатый микс мужественности и свежести. В его аромате смешиваются нотки мускуса и солоноватого пота, перемешанные с легким, едва уловимым оттенком древесных смол и свежескошенной травы.

Этот аромат, кажется, усиливается от тепла его тела, создавая ощущение близости и интимности, будто мы связаны невидимыми нитями запахов и ощущений. Это запах мужчины, от которого невозможно оторваться, который обещает безопасность и удовольствие. Мне хочется чувствовать его снова и снова.

Кожа, неприятно стянутая подсохшими выделениями, начинает доставлять дискомфорт. Сходить бы в душ.

Еще чуть-чуть, минутку, секунду, один момент вместе, и встану.

Но глаза предательски слипаются, отправляя меня в сладкую утреннюю дрему.

Идиллия прерывается одним громким хлопком двери, непонятно каким образом оказавшейся открытой. И громким голосом Андрея, рычащего как медведь:

— Какого хрена?

Я подхватываю плед, чтобы прикрыть наготу, выставленную в данный момент напоказ. Влад сонно смотрит на Андрея, явно пока что плохо понимая, что происходит.

— Ты чего так разорался? — спокойно продолжает лежать Влад щурясь.

— Я же говорил! Спрашивал! Ты отмолчался. А теперь, что же я вижу?!

О чем вообще Андрей говорит? Неужели они меня обсуждали?

— Начнем с того, что нас тут было двое взрослых людей, которые провели ночь вместе по обоюдному согласию. Никто никого не принуждал.

— Да плевать мне на согласие! Хотя бы один раз в жизни ты мог отойти в сторону? — Андрей садится на стул и откидывается назад, прикрывая глаза.

— Ты кого-то конкретного имеешь в виду? Или обобщаешь?

— Да, конкретного, — с претензией давит голосом Касимов.

— Блин, мы с тобой обсуждали миллиард раз…

— От этого, знаешь ли, не легче.

— Брат, я готов тебе уступить кого угодно, ты же знаешь. Но только не тех, в кого я сам влюблен.