Книга Мой клыкастый лорд, страница 178 – Ольга Романовская

— Почему ты не спросила, обязательно ли оно?

Элеф обнял меня со спины, прижался всем телом. Редкое дыхание шевелило короткие волоски возле уха.

— Потому что люди живут мало. Потому что тебе нужны дети.

— Решаемо. Что-то еще?

— Да.

Развернулась в его объятиях.

— Ты.

Потянулась к его губам и запечатлела на них долгий, нежный поцелуй. Элеф не шевелился, только серые омуты глаз чуть поблескивали в мягком свечном свете.

— Потерять близкого человека, едва его обретя… Или ты быстро утешишься?

— Нет.

Он вернул поцелуй и увлек меня в кресло, усадил себе на колени.

— Я не хочу на тебя давить. Ты решишь сама, после свадьбы. И в любой момент сможешь отказаться. Принцу и принцессе Тешинским скажем же, что ты останешься человеком.

— Но лучше бы вампиром?

— Лучше, — не стал скрывать Элеф. — Тогда у нас была на двоих почти целая вечность. И, — игриво добавил он, — я изрядно сэкономил бы на еде и успокоительных каплях.

— Я не обжора и не истеричка, — надувшись, заерзала у него на коленях. — Я о тебе забочусь. И о Сумеречном княжестве — видишь, какая ответственная, самая настоящая принцесса. А то прервется род Тимерусов…

— Не прервется. И, раз уж тебя волнует тема деторождения, данным вопросом нужно озаботиться до ритуала, пока ты человек. Почему, спросишь потом у лекаря, не порти отличную ночь!

И он прильнул ко мне в страстном поцелуе.

Мы сидели на крыше и смотрели на звезды. Уединиться иначе не могли — проклятый этикет! Пусть отныне мы виделись каждый день, но непременно в чьем-то присутствии.

Эта ночь была последней перед помолвкой — долгожданной возможностью вырваться из предпраздничной суеты. Я безумно устала. Раньше я и подумать не могла, что помолвка хуже пожара. Сплошные примерки, репетиции, уроки танцев… Вдобавок сотни пригласительных карточек, каждую требовалось подписать. Список гостей составляли Луиза и Элеф. Оказалось, у обоих невероятно много родственников — и близких, и дальних. С учетом всех, кого непременно нужно позвать (в том числе просто важных военных и сановников), к вечеру у меня разболелись пальцы.

Элеф заботливо укутал меня в меховую накидку, принес плед и настоящую волчью шкуру. Изнутри меня согревал местный аналог безалкогольного глинтвейна, ароматный и пряный.

— Не боишься?

Вампир обнял меня и наклонился к лицу, будто собирался поцеловать.

— Тебя или поцелуя?

Получить последний хотелось, но я рисковала обжечься, поэтому временно отложила встречу с прекрасным.

— Ну, — Элеф сделал вид, что крепко задумался, — поцелуи совершенно безопасны, чего не скажешь о вампирах.

— Единственная, кто могла причинить мне вред, покинула Христинию, остальных ты разгонишь своим мечом.

При упоминании племянницы на лицо любимого набежала тень, однако он нашел в себе силы пошутить:

— Ты какой меч имеешь в виду?

— Пошляк!

Ударила его кулачком в грудь и случайно облила глинтвейном.

— Ой, прости, пожалуйста! — засуетилась, приложила к месту ожога немного снега. — Больно, наверное?

У нас разная температура кожи, восприятие тоже разное.

— Нет, просто липко. И, — Элеф принюхался, — теперь я пахну мускатным орехом, корицей и бадьяном. Хотя предпочел бы пахнуть тобой.

Двусмысленное замечание. И взгляд тоже красноречивый.

Заерзала на шкуре, зачем-то нащупала кружку с остатками глинтвейна…