Книга Студент: Долгопа, страница 94 – LikanTrop

Часть спортсменов разбрелась по дому, оттуда куда они заходили тут же раздавались крики и звуки драки, а основная масса проследовала за своим лидером, который пнул закрытую дверь в зал и вошел внутрь.

— Ну чо, Тяпа! Звал, мля, меня? — улыбаясь, пьяными глазами, обвел комнату боксер, отметив слегка сбледнувшего с лица хозяина дома, обернувшегося на стуле ко входу Жука и трех незнакомых мужчин.

— Ковырялку сюда давай! — скомандовал Олег Бульбашу и навел на него ствол. Тот покосился на Журика, но выкидуху отбросил.

— Ну чо, примолкли, мля? Кто тут хотел со мной говорить? — снова посмотрел на мужчин Митяй.

— Я, — Журик лениво и даже вальяжно поднялся на ноги, оперся руками о столешницу и посмотрел прямо в глаза Митяя. — Волыну убери, фраер. Тут люди сидят.

— Да мне пох@й. Ты кто такой и чо хотел? — спросил Олег, продолжая держать в руке оружие.

— Я кто? Я Вор, погремуха Журик. И хотел я узнать: где Хромой и что с нашим грузом, который был в фуре, которую ты угнал?

— Ты типа думаешь, ты меня напугал, что ли, тем, что ты Вор? Ну вор — иди воруй! — пошутил Митяй, и ребята за его спиной заржали. — А где Хромой — ты у Хромого спрашивай. У меня его нет, — картинно похлопал по карманам куртки Митяй, вызвав новый приступ хохота.

— Слышь, фраер, ты вообще берега попутал, да я… — договорить Журику Митяй не дал.

Ловко и резко для своего состояния боксер перегнулся через стол и со всего маху зарядил рукояткой револьвера в лицо Вора, отправляя его под стол в полный нокаут. Белая столовая скатерть жадно впитала в себя россыпь кровавых брызг, которые фонтаном брызнули после удара по лицу уголовника.

— Это, млядь, ты попутал! Приезжать в мой, сука, город и права качать! — бешеными глазами посмотрел Митяй на лежащего на полу и не подающего признаков жизни урку. Убедившись, что отвечать кенты Журика ему ничего не собираются, Олег перевел взгляд на хозяина дома.

— А ты, Тяпа, еще раз такую х@йню исполнишь — я, млядь, этот дом твой сожгу вместе с тобой н@хуй. И чтоб c завтрашнего дня на овощном твоих людей не было. Теперь это моя точка. Вкурил, мля? — зло прорычал парень.

— Вкурил, — кивнул Саша, держа руки поднятыми вверх, после чего тихонько прошептал себе под нос: — Говорил же — не надо его было звать…

— Пошли, мля, Жук! Заеб@л ты уже в истории влипать! Погнали, пацаны! — крикнул Митяй, выходя из зала.

Как только шаги стихли, Бульбаш и Баклажан бросились к Журику.

— Жив! — выдохнул облегченно минчанин, проверив пульс старшего, и крикнул застывшему Тяпе: — Ты чо, шары вылупил? Давай помогай, к лепилам повезли его!

28 ноября 1988 года, г. Долгопрудный. Витя Кисляк

После освобождения Витя Кисляк вернулся в родную Долгопу. Хотя казалось бы, к кому? Семьи у Вити не было. Старые корешки — кто сидел, кто сгинул, зато вырос племянничек Артем, который к тому моменту исполнял роль «верхнего» в новомодной советской забаве — игре в наперстки, работали парни прямо на козырном месте у рынка. Заглянув к местному долгопенскому смотрящему с погремухой Хромой и получив из общака триста рублей на первое время, Витя начал прикидывать, каким образом улучшить свое благосостояние.

И такой вариант был придуман в одной из пьянок с Артемом и его друганом Димой. Троица решила, что неплохо было бы заманивать азартных лохов с наперстков к себе на квартиру на катраны, где под водочку обыгрывать незадачливых игроков и стричь бабло. В водочку порой добавлялся и клофелин, который напрочь стирал воспоминание о вечере, и сумму проигрыша незадачливому игроку можно было объявить практически любую.