Книга Развод. Не ломай мне карьеру, страница 53 – Зоя Астэр

Кажется, я немного заспалась.

Открываю глаза и понимаю, что утро уже точно не раннее. Антона рядом нет. Конечно, кому захочется валяться до обеда на жесткой лавке?

Этой самой лавки, кстати, тоже нет.

Спускаю на холодный пол голые ступни. Бодрящая дрожь пробегает волной от кончиков пальцев на ногах, до макушки.

Бррр…

И словно в ответ на это, чувствую легкую дрожь внутри живота. Кое-кто стал уже достаточно большим, чтобы я чувствовала его движения.

— Привет, малыш, - ласково здороваюсь я, нащупывая ногами теплые тапочки.

Кладу ладонь на живот и легонько глажу то место, где ощутила шевеления своего ребенка.

Зеваю. И все еще чувствую сонливость, несмотря на полноценный отдых.

С мечтами о горячем чае и завтраке держу курс прямиком на кухню.

— Ой, - смущенно прячусь за дверь, обнаружив на кухне целую делегацию. – Здравствуйте…

Вокруг обеденного стола сидят мужчины во главе с Антоном.

Муж хмурится, вчитываясь в какие-то бумаги. А остальные смотрят на него очень внимательно.

Мое появление едва замечают.

Только Антон поднимает на меня глаза и расплывается в теплой улыбке.

— Доброе утро, золотце. Мы тут пообщаемся немного, ты не против?

Пожимаю плечами. Понятия не имею, кто эти люди. Но раз им надо, пусть общаются. Почему я должна быть против?

Вот только живот урчит от голода, так что из кухни им меня не выгнать, если Антон намекал на это.

— Может, хотите чаю? – спрашиваю я. – У меня еще пирог вчерашний остался.

Гости одобрительно кивают. А Антон расплывается в еще более широкой улыбке.

Отвожу глаза и сосредотачиваюсь на чайнике.

— Разве так можно? – спрашивает Антона крепкий мужчина с седой проседью в русых волосах.

— Можно, если часть дохода задекларировать через вот эти пункты… - Антон обводит карандашом часть текста на лежащей перед ним странице. – А еще можно дополнительно получить налоговый вычет вот по этой схеме…

Муж переворачивает листочек, и быстро записывает что-то на обратной стороне.

— Выглядит как-то нечестно что ли… - хмурится другой мужчина.

— Все, что законно, все честно, - категорично возражает Антон. – Это же бизнес, а не благотворительность. Если хотите иметь доход, а не убытки, придется быть изворотливыми.

Я ставлю тарелку с пирогом в печку, чтобы нагреть немного мягкую сдобу.

— Спасибо, - самый молодой из мужчин решительно протягивает мужу руку. – Это дельные советы. Ты правда соображаешь.

Антон довольно ухмыляется, отвечая на рукопожатие.

— Сегодня посмотрю ваш проект, - обещает муж, - может, придумаю, как его все-таки согласовать.

Мужчины еще раз дружно благодарят Антона.

Я ставлю на стол чашки с чаем и тарелку с пирогом. Его тут же расхватывают, не отвлекаясь от разговора.

Пододвигаю, чашку и тарелку с пирогом ближе к зазевавшемуся Антону.

— Спасибо, милая, - Антон хватает мою руку и подносит к губам.

Целует и быстро отпускает. Вроде как ничего особенного. Вполне допустимое проявление благодарности.

Но меня бросает в краску. Бурчу что-то неразборчивое, хватаю свою чашку с куском пирога, и сбегаю с кухни в другую комнату.

Не знаю, как относится к такому Антону. Вчерашняя откровенность мужа тронула мое сердце. Но означает ли все это, что Шитов стал другим человеком?

Думаю, нет.

Вижу через окно, как Антон провожает до калитки сидевших на нашей кухне мужчин. Они все жмут друг другу руки.