Книга Даша-обаяша для глозного босса Ладоса, страница 6 – Мира Цветова

Радик что-то бормочет, выходит из кабинета.

Но тут же внутрь вваливается... сам Кучеров, хозяин тех самых денег, который буквально с порога рявкает:

— Вот кто пытался украсть мои деньги!

Показывает на Настю, которая от страха буквально сжимается.

— Если это они, отдай их мне, Гордей, я обеих накажу.

Чувствую, как снова меня тычут маленьким пальчиком по ладони.

— Чего тебе, малая? — спрашиваю тихо.

— Спасите мою маму, — говорит Даха-обаяха, — а я вас ласскажу, кто на самом деле пытался укласть ваши денюшки...

Гордей

Чем больше смотрю на девушку, тем сильнее крепнет внутри ощущение, что не причастна она к этой краже.

Ну не похожа она на человека, способного украсть и спрятать сумку денег у себя в кабинете?

Да и как бы она вынесла деньги из офиса?

Это невозможно!

Но вся история с камерами выглядит, как большая заранее спланированная операция.

Сдаётся мне, что в новом офисе работает крыса и, возможно, не одна, но так просто их не вычислить.

Жаль, эта маленькая сыщица в сарафане не настолько опытная, чтобы найти в моём офисе шпиона.

Но я всё равно спрашиваю из интереса:

— И кто, по-твоему, пытался украсть деньги?

Малая встаёт на цыпочки, шепчет мне на ухо:

— Сам дядя пытався их укласть.

Ну это уже откровенная ерунда!

Зачем Кучерову красть свои же деньги?

Подставить меня?

Какой в этом смысл?

Мы много лет вместе работаем, он и раньше мне доверял жизни своих близких, просил перевести немаленькие суммы денег.

А ещё он один самых прибыльных клиентов.

И очень бы не хотелось терять его из-за таких инцидентов.

Но слова малой не дают мне покоя, поэтому я спрашиваю шёпотом:

— С чего ты решила, сыщица в сарафане, что это Кучеров?

— Дулной он, — тихо говорит девчушка, — в детстве много молока с пенкой пил... зашёл, начал маму лугать, а деньги даже не пловелил.

А малая дело говорит!

Зная Кучерова, он за каждую лишнюю копейку удавиться готов.

А тут влетел, как вихрь, сразу набросился на Настю, а своим кровные даже не проверил.

— Роберт, — говорю приятелю, — а ты деньги свои проверить не хочешь? Вдруг, там что-то пропало?

Он смотрит на меня злобно, забирает сумку со стола.

— Ты защищаешь эту воровку, Гордей? Не ожидал от тебя такого предательства! Может, ты с ней заодно?

— Полегче с обвинениями, дорогой, — говорю, вставая со своего места, — не забывай, сколько раз я и мои парни рисковали ради твоих денег, Роберт!

— Недостаточно часто, — отвечает злобный Кучеров, — деньги я забираю, контракты с тобой разрываю до тех пор, пока ты не найдёшь того, кто чуть не украл мои кровные. Хотя... зачем же искать, вот они.

И показывает пальцем на Настю с дочкой.

— А пальцем показывать некласиво, — тут же летит ответка от малой, — кто показывает, потом этот палец может в дылке застлять.

— Какой ещё, к чёрту, дырке? — злится Кучеров. — Ты кто вообще такая? Полиция нравов?

— Полиция нелвов я, — с гордостью говорит малая, — любого могу до белого копчения... ой, каления довести!

Кучеров смотрит злобно на неё, потом на меня и хлопает дверью.

— Нелвный какой, — вздыхает Даха, — его бы на кулолт к тёте Вале на глядки, быстло бы в себя плишёл.

Я же всё ещё ох... реневаю с такого поведения Кучерова.

Никогда себя так не вёл, был вежлив, сдержан.

А тут словно с цепи сорвался...

Перевожу взгляд на Настю с дочкой.