Онлайн книга «Ань, я (не) твой усатый нянь!»
|
— Помощь? — ещё больше удивляюсь я. — Ага, — кивает Таня, чуть поднимая холодец, — дайте нам десять минут, и вы узнаем от негодяев всю плавду! Глава 13 Ярослав — Дать вам десять минут? — переспрашиваю, глядя то на Таню, то на Анюту, то на холодец. — Вы их своими кулинарными шедеврами пытать собрались, девочки? Вик и Артур весело переглядываются. — Ладно тебе, Яр, пусть девчонки развлекутся, а мы отдохнём. Смотрю удивлённо на приятелей. — Вы на самом деле доверите детям допрашивать Морозовых? — Яр, — улыбается Вик, — на днях ты сам позволил своей дочери защищать твои интересы перед собранием акционеров… — Это была вынужденная мера, Вик. — Я всё понимаю, но у нас похожая ситуация. Никто никого не будем пытать, ты же понимаешь? Девчонки у нас те ещё болтушки и разговорят любого, а уж с холодцом… поверь, ещё никто не смог устоять перед эти оружием массового пожирания. Анюта дёргает меня за штанину. — Не бойся пап, мы никого не будем мучить… ну, за Капитона не отвечаю, он же в деклетных службах лаботал… Я не выдерживаю. — Не в декретных, доча, а в секретных. Хотя от Капитона всего можно ожидать… — Ладно, заходите, десять минут, потом спать. Если узнаете, к кому бабуля и дедуля хотели отвезти Анюту, всем двойная порция мороженого! Маленькие бандитки тут же приходят в восторг. — Лади двойного моложеного, — заявляет кудрявая Геля, — мы Волькодава уговолим на «кусь»! — Уговорите на «кусь», — уточняю я, — это как? — Ну Волькодав лешил закончить свою кальелу кусачего, — терпеливо объясняет Геля, — захотел на пике уйти, но лади особого случая, наплимел, двойного моложеного, он готов исполнить свой филменный «кусь». — Понял, — вздыхаю, глядя на время, — ладно, оставим кусь на самый крайний случай, время идёт… давайте, бандитки, ваш выход. Одна за другой девочки гордо заходят в подвал. Морозовы сидят у стены, парни на всякий случай приковали их наручниками к батарее. Таня с абсолютно спокойным лицом ставит перед Степаном тарелку с холодцом, а потом сама забирается на стул напротив, вздыхает грустно, сложив руки на колени. Анюта и Геля встают по бокам от Танюши и тоже грустно вздыхают. — Ну и что нам с вами делать, — спрашивает маленькая бандитка, — господа похитители? Сами плизнаетесь или слазу холодец съедите? Степан смотрит возмущённо на нас, потом на девочек. — Внученька, — бормочет он, обращаясь к Анюте, — ну хоть скажи этим балбесам, что дедушка и бабушка не виноваты, мы хотели увезти тебя от этих бандитов… — Бандитники – это вы, — отвечает малая, даже не глядя на Степана, — чуть не похитили меня у папы, из-за вас у моего Капитона стлесс и несваление желудка тепель, он ничего не ест и весь вечел слушает глустные песни Кадышевой! — Чего? — негодяй замолкает удивлённо. — Какой ещё Капитон? Ты всё ещё со своей игрушкой возишься? Давно пора выкинуть этот мусор! У-у-у, а вот это ты зря, дедуля… Сейчас на тебя обрушится весь гнев Смирновских! — Извинись пелед Капитоном, — строго говорит Анюта, — он, в отличие от тебя, дедуля, уважаемый чебулек, ой… человек! А вы с бабулей блосили нас с мамой, когда она отказалась выходить за твоего сталого длуга. Вот это новость… Теперь понятно, почему Катя осталась одна и без денег. — Твоя мать дурная, — бормочет Степан, — могла бы выйти замуж за моего бывшего подельника, сейчас бы все были в шоколаде и без долгов! Нет же… Катя упёрлась, не захотела… из-за неё мы так и остались жить в долгах. |