Онлайн книга «Уборщица для Охранника, или Тайный роман двух Миллионеров»
|
— Слушай, а пошли, – вдруг улыбается мне она. – Только, – и опять в меня упирается указательный пальчик, – ты потом меня снова домой проводишь! — Само собой, – расплываюсь в улыбке. – Защищать вас и оберегать – моя работа! — Да? – почему-то кривится она. – А если не работа, то как? Вот черт! К словам цепляется! — А если не работа, – растягиваю свою небритую моську в улыбке, – то надо еще и “любить”, – натыкаюсь на ее ошеломленный взгляд и резко добавляю. – Но ты ж сама сказала “только ужин”! — Пошляк! – тянет она, но по глазам вижу, что выкрутился. Шутка удалась. Под эту не сильно остроумную пикировку Иришка захлопывает тяжелую дверь дорогой квартиры, и мы спускаемся на улицу. . Ирма Мы не доходим до метро. Останавливаемся около какой-то хипстерской кофейни у нас на углу… Там, как ни странно, есть шаверма, которую модно обозвали “шавер-ролл”… Он берет его, как и собирался, а мне покупает зеленый улун. Вкусно. Идем по тротуару, какое-то время молчим. Он жует, а я просто наслаждаюсь неспешной, бесцельной прогулкой. На улице совсем стемнело… И небо ясное. И даже кое-где звезды видны… — Красиво как! – выдыхаю восторженно. — Вау! – он задирает голову и тоже разглядывает созвездия. – Вот эта полярная, – указывает пальцем на яркую звезду, – а вот эта, видишь, как дабл ю английская? Это Кассиопея… А вон пояс Ориона… — Да ладно! Откуда ты все это знаешь? — Слушай, – тянет с нескрываемой грустью, – в детстве бредил мореходкой… Все выучил… И созвездия и… – вдруг в его голосе появляются гордость и озорство. – Я азбуку Морзе знаю! Вот этот самый популярный напев: та, та, ти, та, та… Это слово “муха”! — Классно! – я искренне восхищена. – А чего не поступил? — Ты не поверишь, – очень тяжело вздыхает он. – Поступил. — Но… – подталкиваю его к ответу, потому что он замолкает. — Но семейное дело, традиции, долг и все такое, – кривится Гоха. – Отец не дал учиться. — В смысле? Семейное дело – это охрана что ли? — Ой, – спохватывается он, – денег у родителей не было. Работать надо было начинать. Ну я и… Армия, потом охранное агентство… Заканчивает он свой рассказ без энтузиазма, отводя в сторону взгляд. А я иду и думаю о том, что родители, возможно, сломали Гошке судьбу… Ведь мечтал. Ведь классным был бы моряком! — А ты? – спрашивает меня он. – Ты почему только сейчас учишься? — А… – а я еще не придумала! – А у меня мама болела! – выдаю какую-то дурь, скрестив пальцы за спиной. – Не могла надолго оставлять ее одну. Там уколы по системе и вообще, – взмахиваю рукой неопределенно. – Вот я и… — А сейчас мама где? – спрашивает Гошка напряженно. — Ой, сейчас все хорошо! Даже очень хорошо. Мама моя в Анапе десять месяцев живет. А июль и август проводит у сестры в Хакасии… Но надо же грамотно соврать! — Мы попали, в конце концов, в какую-то квоту, и ей сделали операцию, и ты знаешь! Помогло! Она не в Москве живет, к сестре уехала. Но со здоровьем у нее сейчас почти норма! — Это хорошо, – тянет Гошка таким приятным голосом, что мне безумно хочется к нему прижаться. Я незаметно подстраиваюсь под его шаг, беру его за руку… Ой! Он поймал мою ладонь, остановился. — Что? – спрашиваю удивленно, потому что он замер прямо посреди тротуара, повернулся лицом ко мне и так внимательно смотрит. |