Книга Султан Эфир, страница 49 – Сильвия Лайм

— Вы обладаете звереслышанием? — не поднимаясь на ноги, спросил артифлектор, задирая черную бровь. По всему было видно, что он не верит. — Звереслышание как чары исчезло уже много лет назад, остались лишь зачатки этого дара. Этого не хватит вам, чтобы понять смысл сказанного машейром, даже если я сделаю для вас артефакт в обход всех правил. Машейр будет понимать вас в точности, но вы его — нет. Прошу простить, лидэль Александра!

Он снова ударился лбом о пол, белка пискнула, перепрыгивая на другое плечо, а я услышала:

«Нет, тебе не орех надо, а целую шишку!»

Я аккуратно протянула руку к белке и одними губами произнесла:

— За что ему надо шишку в ухо, Бихмичих?

Артифлектор все еще лежал лбом в пол и не видел, как я пытаюсь болтать с его питомцем. А белка тем временем замерла и внимательно посмотрела на меня. А потом я услышала ответ:

«Глупый Вирьиз надел мне на ноги кольца, которые ужасно тянут вниз. Больно прыгать. Больно перелезать с плеча на плечо. А он падает на пол по сто раз на дню, как орехи с дерева в сытый месяц!»

Я кивнула.

— Шу Вирьиз, что, если я скажу вам, почему Бихмичих вас кусает, а вы за это сделаете мне артефакт, а затем поможете создать новую связь с машером?

Артифлектор поднялся на ноги и недоверчиво посмотрел на меня. Затем на белку. Затем снова на меня.

— Звучит как деловое предложение, — ответил он после небольшой паузы и неуверенно улыбнулся, почесав Бихмичиха за шею. — Если ваш совет сработает, клянусь своей лицензией на султанатского артифлектора, что сделаю вам первый в мире артефакт, блокирующий безумие машейров, а затем помогу установить новую связь «командир-машейр» с сумасшедним машейром по имени Эушеллар!

Теперь это звучало не просто предложением, а настоящим договором. Я улыбнулась в ответ.

— Бихмичиху давят кольца на ногах, они мешают передвигаться. Золото — слишком тяжелый металл для маленького животного, а кольца слишком большие, — проговорила я тут же, и артифлектор застонал.

— О! Не может быть! Мой бедный Бихмичих, это правда? — он засуетился, что-то бормоча и сетуя на собственную глупость. — Неужели правда? Как же, как же я не понял сразу⁈ Предивная лидэль, я должен торопиться, кольца можно снять только в моей мастерской, позвольте откланяться!

Пока он падал на пол, Бихмичих опять его куснул, а тот застонал и засетовал на свою глупость еще сильнее. Не прошло и нескольких секунд, как он умчался прочь по коридору, оставив меня в казематах одну. Я же на миг замерла, зацепившись взглядом за нечто знакомое.

Подходить к клетке было жутко страшно, но в середине стены камеры Эушеллара определенно было что-то нацарапано, теперь я видела это абсолютно точно.

Опасаясь, что песчаный кот снова прыгнет и расцарапает меня через прутья решетки, я резко шагнула вперед и прищурилась, стараясь разглядеть рисунок и кляня себя всеми словами за то, что не обладаю чарами огня. Если я и впрямь аватар всех стихий, то можно было бы запалить тут немножко огонька и разглядеть все издали. Но огня я до сих пор боялась даже в своих мыслях. Хотя, если уж быть откровенной, паника была уже не столь сильна, как прежде, прямо после взрыва, из которого я едва вышла живой.

В общем, оказавшись почти у самой клетки, я застыла, похолодев. Там, недалеко от сжавшегося в углу машейра, на стене был начертан символ Фуртум. Он был почти незаметен, но перепутать невозможно. Увидев единожды — не забудешь никогда. А передо мной, как живое, до сих пор стояло багряное пульсирующее сердце Айреморы — проклятая Черная жемчужина с вырезанным Фуртумом на кровоточащей плоти.