Книга Султан Эфир, страница 150 – Сильвия Лайм

Ты хотела свободы. Пожалуй, теперь она у тебя есть. По крайней мере, от меня.

Мы можем больше никогда не увидеться, но знай, что я сделаю все, чтобы этого избежать.

Я наделал много ошибок, но такова участь Красного дожа. Я со всем разберусь.

Помни обо мне. Потому что я помню о тебе всегда'.

В ушах зазвенело.

Я смяла письмо с такой злостью, словно это было письмо врага, а не самое желанное и, к сожалению, самое пугающее послание в моей жизни.

Лицо, видимо, замерло в каком-то не самом адекватном выражении, потому что Эфир нахмурился, а Тиррес схватил меня за запястье и резко спросил:

— Все в порядке? Он тебе угрожает? Если что, только скажи!

Я стиснула зубы, чувствуя, как отливает вся кровь от лица.

А все потому, что я знала причину происходящего. Почему начался бунт в империи Огненной луны и почему Сициана нет на Совете аватаров.

— Твое слово теперь важнее нашего. После этого Совета ты будешь объявлена Великой Иви на все четыре империи, — вдруг тихо проговорил Эфир. — Если ты боишься… то знай, что Райя-нор больше не имеет никаких прав на тебя, даже если между вами были какие-то договоренности. Он обязан тебя отпустить.

Я хмыкнула. Стало горько.

Кажется, никто из них не понимал, что на самом деле происходит. Кроме Стального короля

Либо они все лгали.

Уже не знала, где правда.

— А ты бы отпустил? — спросила едко, взглянув на беловолосого повелителя.

Порыв прохладного ветра налетел неизвестно откуда, взметнул полы тоги, волосы, охладил пылающее лицо. И исчез вновь.

— Мое сердце — хрусталь ветров, — прошептал султан, не сводя с меня глубоких синих глаз, в которых расстилалась звездная ночь, — моя воля — серебро ураганов, — он протянул ко мне руку, взяв меня за второе запястье, и красивый белый грифон на его груди скользнул на кисть, словно потеревшись головой о мою ладонь, — мой долг — твое освобождение.

Эфир закончил слова старой клятвы, которую давал не мне. Но на его кисти я вдруг заметила очередной перстень с грифоньим когтем — один из тех, что мог открыть дорогу куда угодно в султанском дворце. Он вспыхнул солнечным светом, и желтый камень внутри него засиял, будто принимая новую клятву.

Эфир снял кольцо и надел мне на руку.

«Еще один артефакт с желтым камнем фер Шеррадов, — мелькнуло в голове. — Еще один символ связи с султаном Подлунного цветка…»

Сердце сдавило.

— Не на…

— Никто не заметит его, если ты не пожелаешь, — шепнул Эфир, коснувшись указательным пальцем кольца. И тут же оно превратилось в тонкий ободок простого серебряного колечка.

Я улыбнулась.

Он знал.

— Я готова сказать, чью империю будет поддерживать аватар всех стихий, — сказала хрипло, и голос сорвался.

Стальной король улыбнулся одними уголками губ. Его серые глаза цвета стали и пепла холодно блеснули.

Ауры повелителей взметнулись, как шлейф атомных бомб.

Двух. Не трех.

— Я, Александра Колдунова, Великая Иви, аватар четырех стихий, буду советником Лоранэша Эсер Хейташи из геноса Сапфировой звезды, Верховного правителя Стального королевства.

И в тот же миг, как я это сказала, ветер в зале превратился в ураган. Все высокие витражные окна, ведущие на цветущую террасу, распахнулись, а стекла треснули, просыпавшись внутрь.

Из бассейнов с улицы в зал хлынул голодный поток воды цвета голубого хрусталя. Миг — и поток стал похож на ладонь, устремившуюся в мою сторону.