Книга Султан Эфир, страница 119 – Сильвия Лайм

Однако через бесконечность пытки мы все же добрались до места. Впереди блеснули белые купола волшебного храма, окруженного дикими деревьями и белыми цветами. Разве что сейчас это место вовсе не было одиноким и тихим, как в первый раз.

В нескольких десятках шагов от входа по периметру святилища рассредоточились коричневые грифоны. Они казались частью ландшафта, всего лишь восхитительно красивыми деталями этого колдовского места. Но я понимала, что сейчас они охраняют своего повелителя.

Я спрыгнула с машейра и поспешила к входу, где меня встретили лекари султаната. Среди них были и те двое, которых я помнила по роковому дню. Они без вопросов пропустили меня внутрь, низко склонив головы.

Мне даже показалось, что на их лицах читалась радость. Я постаралась не обращать на это внимания.

А внутри храма меня встретил элин Шуар. Личный лекарь Его Светоносного Владычества и третий командир его личной стражи был все там же, где я его оставила, упав в обморок. Только сегодня седовласый мужчина казался гораздо более уставшим и осунувшимся.

Он сидел на высоком стуле возле колдовской чаши, исходящей белым паром. Чаши, внутри которой лежал бледный Эфиррей фер Шеррад из геноса Белого солнца.

Последний белый грифон.

— Вы пришли, — прошептал Шуар, повернув голову на звук моих шагов.

И невесело улыбнулся.

— Я боялся, что вы не успеете.

Я стиснула зубы, сглотнув ком в горле.

— Он так плох? — спросила, боясь услышать ответ.

И поняла, что даже главный лекарь султаната ждет чуда именно от меня. Ждет, что я спасу его повелителя.

— Его тело полностью здорово, — ответил Шуар. — Но повелитель, несомненно, погибает. Убийца сделал что-то с его магией. Она была полностью вычерпана во время удара кинжалом и теперь не наполняется вновь.

— А… разве нельзя жить совсем без магии? — спросила внезапно охрипшим голосом.

Лекарь опустил голову.

— Можно, если ты просто человек. Но Лазурный шах и сын небес не человек, а грифон и аватар воздуха. Его сущность не плоть и кровь. Его сущность — магия. Как и ваша.

Он вдруг бросил на меня острый взгляд из-под густых бровей.

— Что ты имеешь в виду? — вздрогнула я. — Я как раз простой человек.

Я была совершенно уверена в том, что говорю, но почему-то голос дрогнул на последних словах, а вдоль желудка будто кто-то пролил ледяную кислоту.

В висках глухо ударило.

— Наш султан не просто так провозгласил вас своей невестой, едва увидел. Он знал, кто вы, не так ли?

Этот медик нравился мне все меньше и меньше.

— Ваш султан ошибся, — проговорила я напряженно.

Но Шуар отвернулся, покачав головой.

— Если это так, то ему уже ничто не поможет.

С этими словами он встал со стула и низко поклонился.

— Я оставлю вас одних. Никто не войдет сюда без вашего позволения.

Хотела ответить ему, что не стоит так беспокоиться, что мне не нужно особое уединение с его повелителем.

Но посмотрела в белое, как зимнее небо, лицо Эфира и промолчала.

Шуар покинул храм, закрыв за собой тяжелые каменные двери.

Мы остались с султаном одни среди молчаливых снежных цветов с желтыми сердцевинками и древних барельефов, с которых на нас смотрели полумертвые боги.

Я неторопливо обошла колдовскую купель по кругу и замерла в изголовье, глядя, как белые волосы султана растекаются по его плечам, утопая в молочном колдовстве чаши. А потом заставила себя перевести взгляд в лицо повелителя Подлунного цветка.