Книга Криндж и Свидетели Пиццы, страница 118 – Харитон Мамбурин

— Почувствуй силу Господа Бога нашего, Иисуса Христа! — донесся до слегка шевелящихся нас ор неубиваемой рыцарши, высунувшейся из собственножопно проделанной дыры в каменной стене, причем, вместе со своим копьем!

Я аж голову смог повернуть, разглядывая эту невозможную женщину! А та, продолжая покрывать кардинала еретиком, скотоложцем и, почему-то, демократом, хреначила по выписывающему в воздухе вензеля мужику лучами из собственного копья, постоянно взывая к господу и к Цумцоллерну. Оба не отвечали, но обломки дома, сложившиеся от прилета быка, подозрительно шевелились. Мы же сами тоже шевелились, куда менее активно, но очень упорно. Контроль, которым шарахнул нас Резос, постепенно спадал.

Картина могла быть почти забавной, если не учитывать то, что лучи добра, посылаемые леди Полундрой, вовсе не таяли в воздухе, оставляя после себя радугу, а, не попадая по кардиналу, очень хорошо попадали во всё остальное, взрывая это самое дело или распиливая на куски. Неуловимая цель нашей дамы сердца начала отвечать телекинетическими ударами, напоминающими артиллерийский обстрел, что породило волну разрушений уже в непосредственной близости от нас. Чувствуя себя хомячком на дискотеке, я изо всех сил старался вернуть себе подвижность. Это получалось с заметной прогрессией.

Вокруг всё грохотало, взрывалось, сверкало белыми вспышками. Обломки и пыль взметались в воздух, а косо перемещающаяся ледь, чью нычку Резос таки разгромил, пуляла своими лучами куда придётся. Видимо, от мощного, регулярного и энергичного сокращения кольцевых мышц анальной дырки, но мы пришли в себя, от чего заорали все, дружно, но каждый своё.

— Валим отсюда! Валим! Валим! — орала держащаяся за руль Майра, прыгающая на головах родственников.

— Это не человек! — зачем-то гудел Мурхухн, топорща свой алый гребень и лихорадочно озираясь, — Эта Полундра — не человек!!!

— Ты хочешь поговорить об этом?!! — нервно проорал я, перегибаясь вперед, чтобы вытащить за ногу Дюрекса, мешающего Литре добраться до педалей. Обернувшаяся в ненужный момент Майра коротко и быстро изменила мужу, столкнувшись лицом с органом, уже избившим её мать, а затем, на противоходе, ей отомстил этим же и сам рейл, которого выдернули в воздух. Под ор и грохот, в облаках пыли и с обломками, летающими туда-сюда, мы газанули с места, едва не встретившись по дороге со скачущим куда-то Цумцоллерном.

— Валим! Валим! Валим! — продолжила свою истерическую речевку Майра, дополняя её, тем не менее, очень разумным посылом, — Вы, два здоровых идиота!! Отстреливайтесь!

— От этих, что ли⁈ — всерьез поразился я такой воле к самоубийству, но, обернувшись, поменял своё мнение. «Этим», то есть рыцарше с лучевым оружием, неслабо побившей основание подуровня над нами, и кардиналу, разгромившему площадь размером с микрорайон, было категорически на нас плевать. У них был свои разборки. А вот рой дронов, спускающийся с верхних уровней…

Он разделялся. Часть из них, более мелкие и маневренные, летели на битву рыцарши и кардинала как мухи на говно, а вот более крупные жужжали за нами, причем, некоторые из них — уже стреляли!! Лучи, пули, ракеты, всё это полетело к нам неплотным и неприцельным, но самым угрожающим образом!

— Сбивайте их! — заорала Литра, возящаяся с планшетом, — Сбивайте их, уроды!