Книга Создатель злодейки. Том 1, страница 28 – Sol Leesu

В Империи Лете вера была не выбором, а обязанностью. Безбожие, ересь, поклонение демонам – все это приравнивалось к измене. И все же в мире, где фанатики без колебаний убивали каждого, кто не верил в богов, он умудрялся находить удовольствие в том, чтобы этих самых богов поносить.

«Наверное, у него с ними какие-то счеты».

Для колдуна подобное было вполне вероятно.

Люди решительно отвергали колдовство, противоположное божественной силе. Та считалась светом, колдовство же – тьмой, они отталкивали друг друга.

Поскольку одно воспринималось как добро, то другое неизбежно становилось злом. Поэтому колдовство запретили. Храмы и жрецы охотились за последователями этого знания.

Но я стала подозревать, что дело было не только в этом. Размышляя над словами колдуна, я поняла, что он, похоже, много знает о богах. И в голове возник абсурдный вопрос: а не знаком ли он с ними лично?

«Похоже, он тоже питает к ним неприязнь…»

— Уже в тот момент, когда ты спокойно наблюдала за моими чарами, мне показалось, что ты не совсем обычный человек.

Может, мне следовало как-то отреагировать?

— Я передумал убивать тебя, – добавил он.

Похоже, я снискала его благосклонность. Должно быть, он понял, что мы единомышленники и решил пощадить меня.

Он встал и протянул руку ко мне.

— Ты мне нравишься.

Неужели можно было так быстро завоевать его расположение? Сколько же у него претензий к богам, раз он так внезапно поменял тон?

— Слышала ли ты голос богини?

— Что?

— Я имею в виду, получала ли ты прямое откровение?

— Нет.

— Невероятно, – усмехнулся он. – Даже тем, кто оставляет настолько явные следы, Резерв ни разу не ответила?

Выражения «голос богини», «откровение» звучали чуждо и смущали меня. Казалось, он не признавал власти богов, несмотря на такую уверенность в их существовании.

— Похоже, Резерв сначала учиняет непонятно что, а затем ждет, пока кто-то интерпретирует ее намерения за нее саму.

— Как безответственно.

— И вот так всегда, – усмехнулся он. – Моя гипотеза: повторение одного и того же дня раз за разом означает, что богиня хочет манипулировать твоей судьбой. Пока ты не сделаешь выбор, которого желает она. Ты, должно быть, уже догадываешься об этом, да?

Я нахмурилась, едва кивнув. Если представить жизнь как игру, то я в ней персонаж, а богиня – игрок, который хочет добраться до желаемого финала.

Сама мысль об этом раздражала.

— Я терпеть не могу все, что связано с судьбой.

Когда тебе больно и тяжело, слова «это твоя судьба» или «воля божья» звучат как приговор.

Будто ты просто мусор. Рядовая шестеренка в огромном механизме.

Неужели я просто игрушка для божественных забав?

«И все это даже не ради какой-то великой цели. Есть ли другая причина, по которой Айла должна была стать злодейкой, кроме соединения главных героев?»

Мысль о том, что мне предстояло пройти это адское испытание, лишь чтобы сыграть роль купидона в чьей-то романтической истории, приводила меня в смертельную ярость. У меня самой нет отношений, да даже друзей!

— Все же ты мне нравишься, – в который раз сказал он, и это уже звучало довольно правдиво.

Основываясь на моем явном неприятии фатализма, колдун, похоже, принял какое-то решение. Он спросил еще раз, словно пытаясь подтвердить это:

— Выходит, ты не в восторге от божественной любви… то есть проклятия, верно?