Книга Правда или действие?, страница 10 – Аелла Мэл

— Уйди! — отталкиваю его. У самой в горле пересохло от представленной картины, а он смеется.

— Идем, купим наконец-то подарки моим родным и твоим подружкам, — берет за руку и ведет вперед.

— Моим подружкам? — с неверием смотрю на него.

— Конечно. Теперь и они члены нашей семьи.

— Члены семьи?

— Так, Кристина, — поворачивается ко мне и берет мое лицо в свои руки. — Ты теперь моя, значит, все, что идет с тобой, тоже мое. Твои подруги — мои подруги. Твоя семья — моя семья. Точно также как моя семья — теперь твоя.

— Но у меня… нет семьи… — шепчу, едва сдерживая слезы. Я так мечтала, чтобы мой избранник принял и моих подруг, и вот…

— А разве твои девочки не твоя семья?

— Моя.

— Ну вот. Значит, теперь они… скажем так, мои сестры. Верно?

— Верно, — шепчу. Перед глазами размыто из-за слез, которые вот-вот потекут по щекам.

— Ну что ты, девочка моя, — прижимает к своей груди. — Не надо плакать. Все будет отлично. Поверь мне.

— Мне надо в уборную.

— Ты отлично выглядишь. А плакать я тебя туда не пущу! Пошли лучше подарки выбирать.

Как остаться равнодушной к таким словам? Он принял меня и моих девочек. Понял, что я сирота и не имею за спиной ничего кроме подруг. Просто взял и принял.

Если первый подарок я помогала выбирать немного скованно, то со второго дело пошло веселее. Савелий развлекал меня и поднял настроение. Девочкам тоже выбрали подарки. Я, конечно, подготовила для них подарки еще месяц назад, но не такие шикарные. Савелий не позволил ни оплатить, ни выбрать дешевый вариант.

Два часа спустя мы случайно натолкнулись на Наташу и Соню. Гуляют паразитки и хихикают. Бросили и меня, и Яну… Черт, Яна!

— Где Яна? — подбегаю к Соне, забыв о своем спутнике.

— С новым парнем бродит, — хихикают самки богомола. — Расслабься, там, кажется, что-то наклеивается.

— Серьезно?

— Ага, — кивает Соня. — Между ними разряды аж летают. Не стала мешать и ушла.

— Они сейчас подойдут, — говорит Савелий, беря меня за руку. Под взглядами подруг становится неудобно, и убираю руку. Сбоку сразу раздается хмык, и склоняется ко мне.

— В первый раз уступаю… Но в дальнейшем и не надейся. Я хочу, чтобы все знали, что ты моя.

— Я не твоя, — шепчу, поворачивая к нему голову, и наши носы соприкасаются.

— Моя, — с улыбкой говорит он и, подарив легкий поцелуй, выпрямляется. Я же от пронзающих чувств не могу и слова сказать. Он идет напролом, говорит, что думает, пугает меня. Но в то же время меня привлекают эти качества в нем. Никогда не любила людей, стесняющихся своих чувств.

Яна со Славой подходят к нам через пять минут. Подруга немного смущена, но глаза сверкают. Неужели и она вляпалась? Господи, прошу тебя, пусть она будет счастлива. Она слишком ранимая, и если Слава обидит ее, она сломается. Боюсь, мы потеряем нашу веселую, милую и немного наивную подругу.

— Что случилось? — уже в машине спрашивает Савелий.

— Яна, — тяжко вздыхаю, смотря на нее.

— И что с ней не так?

— Она влюбляется в Славу, — говорю ему и понимаю, что доверяю этому мужчине. Знакомы сутки, а я уже верю ему.

— Хм, — хмурится, — значит, и Слава должен в нее влюбиться. Никуда не денется.

— Что? — смотрю на него и понимаю, он серьезен.

— Если твоя подруга пострадает, ты будешь грустить, а я бы этого не хотел, — щелкает меня по носу. — Приехали. Ничего не бойся. Моя семья адекватная.