Книга Его строптивое счастье, страница 90 – Анна Мишина

— Кажется ты слишком возвышаешь детскую обиду над реальной жизнью, — выдаю я зло.

— Дурак ты, Туманов. Я же не хочу стать причиной вашей ссоры. Лика так захотела. Я не буду вклиниваться и говорить, что она не права. Ты сам должен найти к ней ключики. Или она сама должна что-то понять. Как же ты не понимаешь? — всхлипывает.

— Да ты что? Ты что? — тянусь к ней и притягиваю к себе. — Не смей реветь. Разберемся. Обязательно.

— Я просто смотрю на нее и вижу себя. Только я была чуть старше. Когда не стало мамы, когда у отца появилась женщина. Я и не такие скандалы закатывала. А теперь понимаю, что оказалась на месте тех самых несчастных женщин. В этой чертовой шкуре из которой хочется лезть на стену. Они не знали, как ко мне найти подход. Теперь не знаю я. И кажется из этой ситуации нет выхода. Это мне за то, что я творила.

Глажу ее по волосам. Сердце у самого рвется из груди. Хреново так, что не знаешь, что делать, что говорить.

Так и засыпаем. В обнимку, со слезами. Яра то и дело всхлипывает. А я что-то говорю успокаивающее, глажу ее по спине, волосам. Целую. И сам забываюсь.

Утром просыпаемся по будильнику Ярославы.

— Ты сразу в офис? — спрашивает меня за завтраком.

Зарецкий уже уехал. А Лариса приготовив завтрак ушла с кухни, оставив нас одних.

— Мне бы переодеться. Наверное, тебя отвезу, а сам вернусь чуть позже, — отвечаю.

Так и поступаем.

Вернувшись в офис уже после того как переоделся первым делом заскочил к Ярославе. Но дальше приемной не прошел. Секретарь не пустила. Совещание у моей деловой женщины. Вернулся к своим обязанностям.

К концу рабочего дня зашел к ней и так и завис в дверном проеме. Невозможно оторвать взгляд, когда она сосредоточенно работает. Красивая, сил нет.

Мне как собственнику по характеру хочется спрятать эту красоту у себя в берлоге. Чтобы любила меня, смотрела только на меня, улыбалась только мне.

— И долго ты будешь на меня пялиться? — слышу ее голос.

— Любуюсь, — прохожу в кабинет. — Когда домой поедем? — спрашиваю и сажусь в кресло у ее стола.

— Домой? — выгибает бровь. — Максим, — закусывает губу и опускает взгляд. — Меня отвезешь к родителям.

— Почему? — не понимаю.

— Потому что пока не вижу смысла мучить ни тебя, ни себя, ни твоих детей. Поживем раздельно. Так нужно. Лике нужно.

— Твою… — ругаюсь, закидывая голову на подголовник и закрываю глаза. Я думал все будет хорошо. Но Яра решила по-своему.

— Я не отказываюсь от тебя, от нас, — продолжает говорить. — Просто нужно время.

Слышу, как она поднимается со своего места и подходит ко мне, со спины. Укладывает руки мне на плечи и склонившись, целует в губы. Легко, почти невесомо.

— Я понял, — открываю глаза встречаясь с ее взглядом. — Хорошо. Давай попробуем. Но мне чертовски без тебя будет хреново, — говорю то, что действительно сейчас думаю.

— И мне, Максим.

Ярослава

День перетекает в неделю. Время появиться на УЗИ. Но мне нужно скинуть Макса. А он за мной по пятам. Везде. Ни минуты одиночества, кроме ночи. И то, мы переписываемся как подростки.

Ему плохо. Я вижу. Замечаю, что появились темные круги под глазами. На вопросы как он спит, отвечает хорошо.

Разговор с Ликой ничего не дал. Я прошу его дать ей время. Надеюсь, что что-то изменится. Но до конца не верю, что это произойдет быстро.