Книга Прошла любовь?, страница 50 – Галина Осень

Машу приняли сразу, и ей даже удалось проглотить зонд с минимальными проблемами и без анестезии. Несколько минут неприятных ощущений и результат готов.

Маша принципиально не стала смотреть описание. Вдруг не так что-то поймёт, сама придумает и испугается. Пусть лучше доктор скажет результат.

Вернувшись к Машиной палате, Тимофей оставил Машу с Ромкой, а сам ушёл к лечащему врачу с результатами. Разговаривали они в коридоре, и до Маши долетали отдельные слова. У Тимофея — громкие, у доктора — невнятные.

— Что это?

— бу-бу-бу

— Прогноз?

— бу-бу-бу, — ещё тише.

— Ваши действия?

— бу-бу-бу, — энергично и твёрдо.

Наконец оба вошли в палату. Доктор с недовольным и раздражённым лицом. Похоже, Тимофей его достал. Тимофей с удовлетворением и улыбкой.

— Ну, дорогая, вы задержитесь у нас на недельку-другую. Слава богу, оперативного вмешательства не требуется, но язва есть и нам предстоит лечение в стационаре. Здесь будет не только лечение, но и диета!

— Я понимаю, — пролепетала Маша. — Буду всё соблюдать.

— Я зайду к вам вечером, отдыхайте!

— Спасибо, доктор, — попрощалась Маша.

Тимофей вышел с ним, а Ромка подсел к матери.

— Мам, сегодня с тобой папа останется. А завтра я приду. А то у меня сегодня тренька.

— Конечно, сынок, не переживай. Я же не беспомощная. Вообще не надо возле меня сидеть.

— Надо! — безапелляционно заявил сын. — Папа обо всём договорится сейчас. Закинет им спонсорскую помощь и всё будет в шоколаде.

— Да зачем?! Уверена, что и так всё нормально будет!

— Не факт, — хмыкнул Ромка. — Тут я с отцом согласен.

Маша промолчала пока, потому что не было сил спорить. Но ей как-то не сильно нравился такой подход по жизни. Не всё и не всегда можно купить, а Ромка, похоже, привыкал по примеру отца покупать нужный результат или услугу.

В общем, как бы Маша не сопротивлялась, Тимофей и Ромка дежурили у неё в палате каждый день. И если сын мог приходить на короткое время, потому что школу, тренировки и домашку никто не отменял, то Тимофей, кажется, прописался у неё на постоянку.

Честно говоря, в первые два-три дня это было даже к месту, потому что перемещения по больнице для различных обследований требовали сил и терпения. А у Маши сохранялась слабость, сильные боли и высокая утомляемость. После каждого путешествия по больнице, ей хотелось лечь, скрутиться в клубок, не двигаться и не разговаривать.

Однако уже на четвёртый-пятый день препараты и диета начали действовать, боли притихли, состояние Маши улучшилось, и дежурство в палате потеряло смысл. Ромку удалось отправить домой. Теперь он приходил не каждый день ненадолго. А вот Тимофей продолжал большую часть дня проводить у Маши в палате.

Уже ни врачи, ни сёстры не обращали на него внимания. Тимофей привёз свой рабочий ноутбук, занял половину стола, связывался по телефону со своим офисом и не видел во всём этом ничего необычного.

Между ним и Машей сложилось странное взаимодействие, которое Маша про себя обозначила как ворчливую притирку. Они будто заново нехотя привыкали друг к другу. Разговаривали так, будто делали одолжение, оба. Однако все назначения и процедуры Тимофей выполнял с Машей неукоснительно.

Маше временно запретили физические нагрузки из-за возможности обострения, Тимофей моментально воспользовался этим и большую часть времени вне кровати, Маша проводила либо на каталке, либо на коленях или руках Тимофея. Даже начала спокойно воспринимать эти моменты.