Книга Остров (не) везения, страница 86 – Галина Кор

Ставлю чашку перед Георгием и сажусь напротив.

— Чем обязан?

— Хотела как-то все объяснить и может даже извиниться.

— Зачем? Ты не сделала ничего такого, за что нужно просить прощения.

— Совесть, мать ее… Мужик ты хороший, а хороших людей на земле не так уж и много. Каждый третий. Это я намекаю, что мы два хороших, — он улыбается на мое замечание.

— Как так получилось, что мы с тобой познакомились?

— Судьба… Вот без брехни. Я правда поломала каблук, а тут ты…

— Ты так смешно ругалась…

— Боже, я надеялась, что ты не слышал. — Хлопаю себя ладошкой по лбу.

— Слышал. Ангел, который матерится — это цепляет. Да и вообще, ты какая-то неземная.

— Да обычная я… Просто воспитывал меня папа, вот я и получилась грубоватой, спорт закалил характер, а врожденная пытливость и любознательность, привели в будущую профессию. Как ты понимаешь, я не социолог, а юрист, и мечтаю стать следователем. Жизнь свела меня с Кириллом Сергеевичем, который и посвятил меня в суть дела. Я начала копать и узнала, что у девушек был ухажер. Кто-то из подруг смог описать твою внешность, и вот… я стою возле столба, матерюсь, а тут ты… И с каждой новой встречей понимаю все четче, что ты кто угодно, но не убийца, а тем более не маньяк.

— Спасибо, хоть на этом… А тот мужик в ресторане? Он же тебе знаком?

— Папа. Это был мой папа…

— То-то он прожигал меня глазами. Если честно, я думал, что это твой бывший, а оказалось…, папа. Хммм… А что случилось с тем парнем?

— Каким?

— Ну в парке?

— А… Я его уронила и ударила. Или ударила, а потом уронила… Да, второе. — Глаза у Георгия округляются от удивления. — Просто он был пьян и приставал ко мне, а я его просила, чтобы отвалил по-хорошему, а он не послушал. И вот…, - развожу руки в стороны.

— Ты прямо…, прямо…

— Ой, даже не подбирай слово. — Сидим минуту и молчим. Решаю задать не очень приятный вопрос. — Тебе Чернова правда была небезразлична, раз ты кольцо ей подарил?

— Правда. Она…, - он долго пытается сказать слово, но видно, что оно дается ему с трудом, — …была открытой, веселой, такой светлой… Если она появлялась, то все вокруг невольно улыбались. Всегда на позитиве, улыбчивая…. Несмотря на юный возраст была по-женски мудрой, хозяйственной, такой знаешь…, сельской девочкой с открытой душой. Но при этом очень умной, адекватной, с характером.

Он говорит, а я почему-то плачу… Вот почему так? Какая-то тварь будет жить, хоть и в тюрьме, на него будут тратить деньги налогоплательщиков, а хороший и достойный человек, так печально закончил свою жизнь… Может у них бы все сложилось: дети, семья, любовь, а влез вот такой Захар с грязными ногами, натоптал, испортил, только потому, что ему что-то где-то показалось.

— Георгий, сказать, что будет все хорошо, как-то язык не поворачивается. Время лечит.

— Наверное, ты права. И Злату жалко, мы хоть и мало были знакомы, но она не заслужила того, что с ней случилось.

— Такого никто не заслуживает, — шмыгаю носом, и вытираю его рукой.

— Кира, ты не поверишь, но такую как ты я встречаю впервые. В тебе сплетено и жесткость, и человечность, и нереальная сила, и женская слабость. Как ты не старалась придать легкости нашим встречам, я всегда ощущал этот барьер, что ты чужая… И сердце твое несвободно.

— Есть такое.

— Он счастливчик, — и смотрит как-то с грустью.