Книга Тень. Человек без лица, страница 91 – Галина Кор

— А я хочу, чтобы у тебя были претензии. Ну наори на меня, стукни, — я начинаю паниковать. Неужели у нее нет ко мне чувств? Все перегорело, и я ей нужен, как собаке пятая нога. — Дай мне хоть какой-то знак, что ты меня любишь так же, как и я тебя?

— А ты меня любишь? — спрашивает она.

— Я без тебя умираю. Ты мне нужна как воздух. Ты мой пульс. Без тебя мне даже работа в морге стала не в радость. Эти полгода я разлагался как личность, убивал себя и наказывал за то дурацкое решение, которое принял, — перевожу дыхание, так как тараторил. — Но знай, что я не подарок, у меня скверный характер, зануда тот ещё… Если ты думаешь, что я буду писать тебе на асфальте краской признания в любви, то хренушки, да и всякие там фонарики запускать в небо вместе с голубями, это не мое…

— Да, Паша, менеджер по рекламе из тебя никакущий…

Аврора

Как только Павел появился в кабинете, хотелось ущипнуть себя или протереть глаза, чтобы понять реальность он или игра моего воображения. Но как только он заговорил и нагородил, сразу поняла, что он настоящий, приехал ко мне и пытается просить прощение.

Даже жалко его стало, чесслово… Видно, что переживает, пытается подобрать слова. Навалил все в кучу: и извинения, и предостережения по поводу дальнейшей совместной жизни.

Вот сижу, смотрю на него, лопаю шоколад и думаю, что если сейчас я впущу его в нашу с ребёнком жизнь, то все нужно начинать сначала. То, что было у нас раньше, никак нельзя назвать отношениями. Курортный роман? Нет… Сексуальные игры «врача и пациентки?». Тоже нет… Особенно учитывая специфику его работы. «Жертва и палач?» Вообще не то…

Надо все стереть и начать сначала. Мысли из головы вырываются раньше, чем успеваю сформулировать вопрос.

— Эээээ… Ты понимаешь, что все что у нас было… Как-то не так нормальные пары начинают общение… Я даже не знаю с чего начать-то?

— Давай сначала. Я Павел Николаевич Туманов, тридцать четыре года, временно безработный.

— В центре занятости стоишь и живешь на пособие?

— Очень смешно.

— Ладно, шутка. Ну, а я Лебедева Аврора, двадцать четыре, скоро будет двадцать пять, как видишь, работаю помощником директора.

— Да, теперь мезальянс вырисовывается… В роли альфонса я ещё не был.

— Будешь домохозяином, сейчас в Европе это модно. Ой…, - хватаюсь за живот. Маленький дружок пнул больно.

— Что, где-то больно?

— Ага… Тут это… Как бы сказать-то. — Отодвигаю свое кресло и встаю из-за стола. Стол высокий, да ещё и завален бумагами, поэтому мое интересное положение Павел не мог заценить.

Обхожу стол и подхожу к нему. Он смотрит на живот и молчит. Долго молчит, что у него в голове? Пытаюсь разорвать затянувшуюся паузу и перевожу всё в шутку.

— Даже не пытайся придумать мне диагноз.

А он берет и обнимает меня. Притулился щекой к животу, а этот друг и рад стараться молотит ногами.

— Димка, — шепчет Павел.

— С чего ты взял, что там мальчик? — задаю логичный вопрос.

— Просто знаю. — Отстраняется от меня и смотрит снизу вверх. — А ты мне говорить вообще собиралась?

Делаю пару шагов назад, а потом решаю сесть обратно за стол. В ногах правды нет, а сейчас я намерена сказать то, как бы было, если бы он не появился.

— Сказала бы. Я вообще-то хотела дать ему твое имя и фамилию. Если у нас не сложилось, то это не означает, что я могу лишить ребёнка отца. Но было бы все иначе.