Книга Хочу влюбиться..., страница 77 – Галина Кор

Сергей вызвал конторских и стал разгребать документы. С ним остались его сотрудники, я же со своими ринулся в город. Двоих нужно зашивать, Давиду сделать рентген, а Соне — сдать все анализы и может показать ее психологу? Или психиатру? Всегда путал, кто по психам, а кто только по немного двинутым?

Въехали в город уже в девятом часу утра и взяли курс на военный госпиталь.

Через час освободился, услышав, что с моими бойцами все будет хорошо. Решил проверить сладкую парочку. Зашёл в палату, куда определили Давида. Ну, ё… моё…, опять прилипли друг к другу и лижутся.

— Кх-кх, — тактично дал понять, что они уже не одни. Ноль внимания, — эй, имейте совесть.

Наконец-то эта парочка неразлучников отлипла.

— Спасибо, тебе большое, — говорит Соня, подойдя ко мне, — я знала, что ты не такая уж и сволочь, какой хотел показаться.

— Ну, спасибо, я заценил твою благодарность, — говорю усмехаясь.

— Нет. Правда, я очень благодарна. Я всегда чувствовала, что ты не просто в этом доме выполняешь роль бездушной машины, а что ты человек… И парни, которые были до этого… надеюсь они не пострадают?

— София, ты всегда такая сердобольная?

— Пфф… Нет, конечно. У меня профессия такая, суметь отделить хороших людей от плохих.

Она подошла и обняла меня, как тогда в гостиной. Внутри все перевернулось, ну что ты со мной делаешь? Глянул на Давида, он сидел на кровати с перебинтованными бандажом ребрами и смотрел на меня исподлобья. Ничего, немного ревности не повредит. Провел руками по ее волосам, по плечам… как хочется ее поцеловать…

— Глеб, если это, конечно, твое настоящее имя, я знаю тебя очень мало, но вот так бывает…, что вроде всю жизнь. Ты мне как Руслан, в смысле как брат… Даже, когда за столом ты накладывал мне в тарелку еду, я подумала, что Рус сделал бы… точно так же…, — вот умеет она обломать. Как брат…

— У меня не было шанса, — спрашиваю ее шепотом, смотрю при этом ей в глаза.

Тянет меня на себя и на ухо говорит.

— Он меня пометил и застолбил, походу я беременная, но если б и не ребенок то, все равно, я была б с ним. Люблю…, - и так мило пожимает плечиками.

— А он знает?

— Нет, — машет головой, — да я и сама догадалась уже там.

— Это тогда, на следующий день после бокса, когда наступили дни молчания?

— Да.

Тут зашёл врач. Я решил, что уже третий лишний и надо сваливать. Мне нет места в ее жизни. Отстранился от нее…, махнул головой Давиду и ушел … Надеюсь навсегда.

София

Меня спасли. Мне не верится. Я сижу как дурочка в автобусе и тупо улыбаюсь. Вот странные мы люди, сделай нам плохо, а потом как было — и мы счастливы…

Рядом сидит Давид. Я положила ему голову на плечо и обняла. Он только, протяжно застонал. Блин, его ребра… это не самое страшное… переживём. Тянусь к нему за поцелуем… Как же хорошо. У меня в животе запели и заплясали не бабочки, а бегемотики. Это просто счастье. Не забыл, переживал, а главное сам пришел — это ли не высшее доказательство чувств?

Приехали в больницу. Пока отвозили Давида на рентген, у меня брали кровь на наличие наркотических и иных препаратов. Мало ли, что мне подсыпали. Предложили психолога, но я отказалась. Что меня лечить, если я по жизни не дружу с головой… А то наговорю врачу всякого, самому психолог понадобиться…

Глеб решал проблемы со своими бойцами и уже почти как час, я его не видела.