Книга Я тебя (не) забуду, страница 43 – Таня Поляк

Я громко смеюсь. Влад кивает мне на прощание и уходит. Я оглядываюсь туда, где только что танцевали Марк с Лерой. Но их и след простыл. Эх, любовь… Уверена, они уже уединились где-то. Направляюсь к бару, чтобы попросить воды. Не успеваю дойти пары шагов, как мужская рука хватает меня за локоть и тянет в темный угол.

— Это что, блять, такое было сейчас? — накидывается на меня Ваня.

Ваня тяжело дышит. Глаза сверкают в полумраке злостью. Поначалу я теряюсь от такого напора. Упираюсь ладонями в его грудь, чтобы отодвинуть эту скалу подальше, но куда там мне. Он даже не пошевелился. Только вздрогнул от моего прикосновения. Я убираю руки, делаю шаг назад, но спиной упираюсь в стену. Ваня следует за мной, упирается кулаками на уровне моей головы, наклоняется.

— Ты вопрос не услышала? — рычит он. А меня током прошибает от его близости. Нервно облизываю губы.

— А в чем проблема? — наконец, смогла встряхнуться.

— Сначала Гена, потом Влад. Кто следующий? Мужского внимания не хватает? Так я тебя приласкаю.

— А ты не охренел случаем, Громов? — толкаю его в грудь. — Ты кто такой, чтобы мне такие вопросы задавать?

— Гена — кобель, какого поискать. Влад — почти женатый мужик.

— Мне эта информация зачем? — уточняю с очаровательной улыбкой. Догадка прошибает мое сознание, разливается теплом по телу. Ваня ревнует. Ревнует!

— Чтобы глупостей не натворила, — отвечает Ваня.

— Не стоило так волноваться. Я — девочка взрослая. Если глупости делаю, то осознанно, оценивая последствия.

— Ух, как мы заговорили! Хорошая девочка стала плохой? — с хищной улыбкой спрашивает Ваня. Я пожимаю плечами. Не понимаю, каким образом одна рука Вани оказывается на моей талии. Он крепко прижимает меня к себе. — И где же наша правильная Алиса?

— В отпуске, — гордо вскинув подбородок, отвечаю я.

— Заебись, — выдыхает Ваня и впивается в мои губы поцелуем.

Фиксирует мою голову, удерживая за затылок. Атака настолько стремительная, что я только успела приоткрыть рот, чтобы возмутиться, а он тут же этим воспользовался. Горячий язык ласкает мои губы, проникает в рот, касается моего языка. От его вкуса кружится голова, ноги слабеют. Я хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть. Сознание уплывает от напора Вани. Остатки разума кричат, что я должна его оттолкнуть. И я хочу оттолкнуть. Вот еще мгновение, и оттолкну. Наслаждаюсь его силой, запахом, вкусом, близостью. Хочу запомнить этот поцелуй. По голове словно обухом бьет воспоминание. «Я его эти дни так обкатывала, что он ласковый и послушный стал, как домашний кот». Слова Маши словно ушат ледяной воды.

Собираю все свои силы и толкаю Ваню в грудь. Следом ему прилетает звонкая пощечина. Демонстративно вытираю губы рукавом рубашки. Ваня как будто не заметил мой удар. Довольно улыбается.

— Очень вкусная ты, Алиса, — говорит он, облизываясь.

— Больше не смей ко мне прикасаться, понял? — рычу я.

— Правильная Алиса вернулась?

— Ваня, будь серьезным хоть иногда.

— Не могу сейчас. Мозги от тебя поплыли.

— Собери их в кучу и греби к своей Маше, пока она не рассказала нашим друзьям, в каких позах вы все это время сношались ночами напролет.

— Ревнуешь? — тут же спрашивает этот придурок, но улыбаться перестал. Видимо, он понял, что Маша сболтнула за столом лишнее.