Книга Забудь меня, страница 53 – Таня Поляк

Не замечаю, как подхожу к дому. Бабушка стоит у окна, высматривает меня. Я ведь не предупреждала, что задержусь. Поднимаюсь к квартире. Собираю все свои силы, чтобы выдавить подобие улыбки.

— Ты где пропадала? — спрашивает бабушка, открывая двери.

— В библиотеке, — ровным голосом отвечаю я. — Прости, забыла предупредить. Бабуль, я пойду к себе. Неважно себя чувствую. Может, раньше лягу спать.

— Хорошо, Лизочка. Я тогда пойду к соседке. Она пригласила на чай.

— Да, конечно.

Бабушка уходит. Я остаюсь одна. Захожу в свою комнату, сажусь на кровать. Долго смотрю в одну точку. Рука тянется к телефону. Пишу сообщение Вове: «Позаботься о моей бабушке». Отправляю. Отключаю телефон. Решение принято. Прости меня, бабуль. Я нужна своему малышу. Жди меня, родной. Мама скоро будет рядом…

Спустя 4 года 6 месяцев

Устало опускаюсь на диванчик в ординаторской. День сегодня сумасшедший. Когда же он подойдет к концу?.. Только успеваю скинуть сабо, как дверь без стука открывается.

— Лизавета Сергеевна, — задыхаясь, кричит Аня, — там привезли мужчину. Подозрение на аппендицит.

— Да что ж такое? — вздыхаю я. — А ты чего бежала?

— Да там блатной какой-то. Такой крик подняли. Обещали в Министерство позвонить, если немедленно хирурга не приведу.

— Ну пойдем, посмотрим на этого блатного.

Я не спешу. Видали мы уже этих блатных. Это Аня у нас новенькая. Мне бояться нечего. Пугали уже и не раз. Заканчивалось все, обычно, извинениями, поклонами, благодарностями, букетами. Спускаюсь в приемный покой. У дверей стоят двое крепких парней. На них черные костюмы. Кивают мне, открывают двери. Ого! Это неожиданно. Захожу внутрь. Смотрю на испуганное лицо Светланы Ивановны, записывающей данные поступившего. По кабинету мечется фурия на высоченной шпильке. Стоит ей повернуть голову, как меня прошибает холодный пот. Быть этого не может…

— Ты? — кричит она, тыча в меня пальцем. — Мы отсюда уезжаем немедленно!

— Ближайшая больница в 30 минутах езды, — сообщаю ровным голосом. Подхожу к кушетке. Сразу же узнаю своего возможного пациента. Арсений, мать его, Аверин. Мразь конченная. Делаю вдох-выдох. Настраиваюсь. Я давала клятву Гиппократа. Я обязана ему помочь. Сажусь рядом с ним на стул. Алла продолжает верещать на фоне. Отключаюсь от нее. — Жалобы?

— Лиза? — выдыхает Арсений. Тянет ко мне руку.

— Не прикасаться! — рычу на него. — Жалобы!

— Сенечка! Мы уезжаем! — кричит полоумная эта. Голова начинает болеть от ее противного голоса.

— Посторонние на выход, — спокойно говорю ей.

— Что? — визжит Алла. Морщусь. — Да ты охренела?

Встаю со стула, выглядываю за дверь, обращаюсь к одному из парней. Они тут адекватные вроде.

— Уведите эту бешенную отсюда. Она мешает работать.

— Ах ты дрянь!

— Всего хорошего!

Даже не смотрю на нее. Охранник, вопросительно смотрит на Арсения. Тот слабо кивает. Визг стоит, дай Боже. Как он мог связаться с этой конченной? Ах да, забыла. Она ему по статусу подходит. Не то, что я. Тьфу. Выбрасываю лишние мысли из головы. Я такую работу грандиозную проделала, чтобы забыть об этом ублюдке, и вот тебе. Какого черта его занесло в Сестрорецк? Еще и с этой шлюхой великосветской.

— Жалобы? — снова спрашиваю я.

— Тошнит, была рвота. Тяжело дышать. Жар. Боль режущая в правом боку, — четко отвечает Арсений. От его голоса с хрипотцой в животе просыпаются от глубокой спячки глупые бабочки. Ору на них матом про себя, чтобы не вздумали шевелиться.