Книга Нежданное счастье майора Громова, страница 40 – Таня Поляк, Татьяна Каневская

— Видимо, Леська ему хорошо приложила, раз у него сердце дрогнуло.

— Да ладно? Влюбился, что ли? — восклицаю я.

— Что-то очень на это похоже. Леська — крутая. Пара из них получится огненная, но загадывать не хочу. Миха после Натали прекрасный пол не жалует.

— Это не удивительно. Мне теперь хочется с ней познакомиться. Ну и поблагодарю за то, что она Веронику готова была защищать.

— Познакомишься, — тут же обещает Саша.

— А там, может, и на свадьбе их погуляем, — говорит Вероника.

— Устами младенца, как говорится…

— Я — не младенец, папа!

— Да-да.

Мы подходим к корпусу. Саше с дочкой сюда нельзя, пока не будет подписано разрешение мои доктором, а его сегодня нет.

— Операция завтра, — говорю на выдохе.

— Мы будем рядом, — тут же отвечает Громов и крепко прижимает к себе.

Я присаживаюсь, чтобы обнять дочь и жадно вдыхаю её запах.

Я так рада, что они приехали. У меня будто крылья за спиной выросли. Я теперь ничего не боюсь. И уже с приятным волнением жду операцию, чтобы избавиться от опухоли и жить дальше долго и счастливо.

Саша и Вероника уходят в свой корпус, чтобы поужинать. Я иду в своё отделение на второй этаж, чтобы тоже поужинать. Правда, у меня сегодня совсем лёгкая трапеза перед операцией.

Поужинав, я ложусь в кровать. Но спать не могу. И на месте одном усидеть не могу. Хожу по палате взад-вперёд. Хочу с Сашей поговорить. Хочу в его объятия. Мне хватит всего пары минуты, чтобы напитаться его энергией.

Я подхожу к окну, опираюсь руками на подоконник и выглядываю на улицу. Интересно, а меня сейчас выпустят прогуляться? Наверное, уже вряд ли.

— Кого высматриваешь? — раздаётся над ухом голос Громова.

— Саша? Ты как здесь? Тебе же нельзя! — спрашиваю у него, а сама прижимаюсь крепче к его широкой груди.

— Когда очень хочется, то всё можно, — отвечает он с очаровательной улыбкой.

— Очень хочется?

— Очень.

— Громов, мне нельзя. Тем более здесь, — чуть краснея, шепчу ему и слышу тихий смех.

— Ах ты, развратница. Я говорил о том, что очень хотел тебя увидеть и обнять. И чтобы Вероника между нами не крутилась.

— Она в номере осталась?

— Да. Обещала себя хорошо вести, чтобы родители могли спокойно поговорить. Я, кстати, пришёл не с пустыми руками.

— Принёс шоколадку? — радостно спрашиваю я.

— Это тоже. Но у меня есть кое-что получше.

Он достаёт из кармана коробочку, а там — наши обручальные кольца. Он хранил их всё это время???

— Я понимаю, что ты боишься думать о будущем. Но я знаю, что всё будет хорошо. И мы попробуем снова. Только в этот раз я тебя никуда больше отпускать не буду.

С этими словами он ловко надевает мне кольцо на палец.

— Как влитое.

Тянусь к коробке, достаю второе кольцо и так же ловко окольцовываю Сашу. Он довольно улыбается.

— Это, чтобы всякие невесты в твою сторону даже не смотрели.

— Я только твой, Катюша. Слово офицера.

— А я только твоя. Слово жены офицера.

Время будто стоит на месте.

Я смотрю на Веронику, крепко сжимающую мягкую игрушку — маму-кенгуру. Малыш-кенгуру отправился на операцию с Катей. Спасибо докторам пошли на небольшую уступку ради спокойствия дочки.

Я горжусь самоконтролем дочки. Замечаю, как у неё начинает дрожать подбородок, как по щеке скатывается слезу и уже хочу обнять, поцеловать, успокоить, как она смахивает слезу, встаёт с диванчика, на котором мы сидим уже не один час и делает что-то типа разминки. Это помогает ей взять эмоции под контролем.