Книга А ты как хотел? После развода, страница 20 – Ольга Рог

— Развод, Дима. Без всяких «если» и «может быть». Встретимся у судьи. Деньги побереги, нам еще их делить поровну. Я запрошу остаток по счету и если там что-то убавится, то подам ходатайство об аресте всего твоего имущества. Десять раз подумай, дорогой, прежде чем меня наколебать.

Вера потихоньку обживалась в новом жилье. Одна комната была отдана девочкам под детскую. С обновлением мебели помогла, как ни странно, свекровь. Мария Семеновна сделала один перевод с пометкой «Подарок для моих внучек». На счет капнуло ни много ни мало триста тысяч. Вера пыталась их вернуть… Ну, странно же. Вдруг, ты всю жизнь будешь обязана. От семейки Копейкиных так просто ничего не делается. Но, свекровь была категорична: «Средства безвозмездные и даже Диме знать о них не следует».

— Вер, я всегда была несправедлива к тебе. Дай, хоть сейчас помогу и как-то сглажу наши разногласия. И это не из-за боязни, что ты мне не дашь с Асей и Миланой видеться. Нет. Так мне подсказывает сердце, Вера. К тому же, подарки не возвращают.

Деньги были весьма кстати. Вера, недолго думая, запустила руку в подарочное и приобрела домой технику на кухню и стиральную машинку. Много разошлось по мелочи и на легкий косметический ремонт, с заменой дикого рисунка обоев в стиле панк-рок на спокойные однотонные. Смеситель в ванной, новые дверные ручки, люстра, похожая на скрученного ежа. Диван в гостиную, на котором теперь спала мать-одиночка.

Иногда звонил Дмитрий. Чаще под вечер или ночью с разных номеров и пьяным голосом то просил вернуться, то угрожал, то плакал. Вера перестала брать трубку с незнакомых номеров. Так она продержалась до развода.

В этот день выпал снег — пушистый такой, почти сказочный. Деревья стояли украшенные изморозью и провода свисали, как гирлянды в белом меху. Хотелось выйти на балкон, раскинуть руки и крикнуть: «Люди-и-и! Смотрите, какое чудо!».

Чудо первым заценил мужик, который вышел из подъезда и шлепнулся на пятую точку, поскользнувшись между лавочек. Восторг он высказал матом и что-то там про дворника… Ковыляя, прошелся до своего крузака, и вынув метелку из багажника, махал ею, продолжая комментировать с акустикой на весь закрытый двор.

Вера похихикала, уткнувшись в чашку кофе. А когда он, будто почувствовав, что сверху кто-то наблюдает из окна, задрал голову, спряталась за шторку. Затаилась, разглядывая грубияна в щелочку. В дутой куртке фигуру не разглядеть, но задница, запорошенная снегом очень даже ничего. И симпатичный. Да. Прямо, как с картинки про горнолыжников с высокими скулами и волевым подбородком. Какого цвета глаза с такого расстояния не разглядеть, но можно пофантазировать.

Может она хоть издалека на мужчину потаращиться? За просмотр ничего не спросят. И радует, что свет клином на Копейки не сошелся. Смертельной обиды к противоположному полу нет.

Проводив машину неизвестного соседа с внешностью фитнес инструктора взглядом, Вера пошла поднимать девочек. Сегодня опаздывать никак нельзя.

Она не удивилась, что Дмитрий на развод не явился. Зато, ею было твердо сказано: «Разводите! Такого мужа врагу не пожелаешь».

Звук штампа в паспорте, отрезал ее от всяких обязательств перед Димкой. Она вышла из кабинета судьи, проветривая свеженькую штемпельную краску с улыбкой. Нашла глазами Марию Семеновну, отвлекающую девочек в коридоре. Кивнула: «Все!» и получила ответный кивок, что так и надо.