Книга Измена. Сказка (не) о любви, страница 21 – Аня Вьёри

— Не, конкурс веселый, – почти шепчу я. – Это жизнь у меня грустная.

— Че опять? Колись.

— Да все то же, – выдыхаю. – Антон.

— Вы поговорили? – напряженно спрашивает Яр.

— Поговорили, – судорожно вздыхаю.

— И?

— И он сказал, что не собирается разводиться, – делаю паузу. – А я сказала, что собираюсь.

— Таш! – Яр кричит. – Ну что за?..

— Яр, ты вообще чей друг, а? – тоже повышаю голос. – У вас гендерная солидарность, что ли?

— Да, Таш, – выкрикивает мой Ярик, – гендерная солидарность! Чего ты встала в позу?

— Яр, он даже не пытался передо мной извиняться! – это, кажется, услышали все соседи. – Просто сказал, что понял, учел, больше не повторится.

— Таш, ну это же Антон! Ну он же всегда был таким, ну блин… Он крутится вторую неделю в твоей дыре, шмотки твои все прислал, заставил главреда оформить тебя по-человечески! Это его извинения!

— Знаешь, к черту его с такими извинениями!

— А с какими не к черту? – Яр почему-то заводится. – Что вам надо, луну с неба достать? Чтобы вы поняли, что бывает, сносит крышу, но это же ничего не значит!

— Знаешь, я не хочу развивать эту тему!

— Потому что дура!

— Сам такой!

Я отшвыриваю смартфон, кажется, даже не отключив звонок. Сижу всхлипываю. Вот сейчас еще и без друга останусь, вообще тогда только волком выть. Тянусь к гаджету. Так и есть, не отбила. И Яр трубку еще не положил.

— Яр, – тихо всхлипываю, – почему ты так его защищаешь?

В трубке тишина. Я даже начинаю думать, что он точно так же отбросил ее, не отключив, но тут он начинает говорить. Очень тихо.

— Потому что я тоже однажды изменил, Таш. По глупости, по пьяни… – говорит с надрывом. – И не смог оправдаться. Не смог выпросить прощения. И как с этим жить, не знаю, потому что никто, кроме нее, мне на самом деле не нужен, – заканчивает он почти шепотом.

— Яр, – я тоже говорю очень тихо, – я не знала.

— Угу, – мычит он, – я старался, чтобы никто не знал.

— И что? Что ты будешь делать дальше? – мне почему-то становится жутко. Не грустно, а именно страшно и жутко. Я очень хочу сейчас быть рядом с Яром, взять его за руку.

— Подожду, пока она разведется, – с сухой усмешкой отвечает он, но я слышу всю его боль. Все то, что он, похоже, годами держал в себе.

— Яр, – выдыхаю и замолкаю. Сказать-то нечего.

— Поговори с Антоном, Таш, – тихо просит он меня. – Я прошу тебя, поговори с ним нормально.

— Ладно, – я киваю, будто он может меня видеть. – Я обещаю.

— Он любит тебя, Таш.

На это мне сказать нечего, я только тихо хмыкаю, а Яр продолжает:

— Я же видел его, – замолкает на секунду. – Уже после твоего отъезда.

— Вы поругались? – понимаю, что так и не спросила подробности визита мужа к другу.

— Ну он попробовал набить мне морду, но закончился этот разговор все в том же баре на нулевом этаже, – слышу в голосе Яра веселье и сама улыбаюсь. Живо представляю себе мужа и друга за одним столом и очень хочу оказаться там, вместе с ними. А Яр продолжает: – Он понимает, что потерял берега в какой-то момент… Решил, что раз у него все клево в делах, то ему вообще все можно. Такой синдром хозяина жизни… Но он любит тебя, Таш. Дай ему возможность объясниться.

— Яр, – я вспоминаю сегодняшний разговор с Антоном, и меня снова рвет на части.

— Таш, – в голосе друга напряжение.

— Я попробую, – соглашаюсь наконец.