Книга Горький шоколад с ароматом ванили, страница 27 – Алика Бауэр

— Создал? — мои глаза широко распахнулись, рассматривая то, что он держал в руках.

— Все те цветы, что я тебе присылал, все они сейчас в этом флаконе.

Я изумленно смотрела на нежно — розовую жидкость, которая почти светилась и переливалась серебристым перламутром, а флакон причудливо отблескивал свет от лампы.

— Это слишком дорогой подарок — духи от самого Александра Крафта, — я невесело улыбнулась, понимая, от какого чуда мне придется отказаться. — Я не могу их принять.

— Почему? — его бровь изогнулась в изумлении.

— Мне нечего дать взамен, — прошептала я.

Он опустил взгляд ниже к моим губам, шее, груди, и я почувствовала, как от этого откровенного взгляда под кожей разливается жар.

Александр глубоко вздохнул.

— Эти духи единственные в своём роде. Когда я смешивал эфирные масла цветов, то представлял твой образ. Никому другому они просто не подойдут, — ухмылка промелькнула на его лице, в глазах неподдельный азарт, а голос приобрёл оттенки приятной хрипотцы. — Предлагаю бартер: ты примешь от меня это подарок взамен на, —он сделал паузу и хитро сощурил глаза, — ...поцелуй.

Я нервно сглотнула, не ожидая такого предложения.

— Это не равноценно.

— Более чем. Ты позволишь? — Александр протянул мне ладонь, и я безотказно вложила в неё свою.

Его кожа теплая, мягкая. Тогда почему меня сейчас прошибает ознобом? Он перевернул мою руку ладонью вверх, и прохладная капля из флакона упала на запястье.

— Стефан Еллинек как-то сказал, что духи оживают, лишь когда ими пользуются, и я с ним полностью согласен.

И вдруг горячие губы прижались как раз там, где начал истошно биться пульс, выдавая меня. Я почувствовала, как он улыбнулся, а его нос шумно вдохнул запах моей кожи смешавшимся с его духами, создавая идеальный альянс. Колени стали мягкими, словно их набили поролоном, а тело налилось свинцом. Приятная тяжесть. Я не могла пошевелиться и отвести взгляд от столь интимного жеста.

— Ma fleur, — прошептал Александр, уткнувшись носом в мое запястье.

Это что французский? Я немного знала этот язык, но сейчас уши словно заложили ватой, и не разобрала слов.

— Что?

Александр поднял голову и потянулся к моей щеке. Когда его пальцы коснулись кожи, по позвоночнику пробежал разряд, но не тока, а дикого желания и восторга от того, что такое невинное прикосновение заставляет возгореться тело, как спичку.

— Ma fleur — это мой цветок на французском, — произнёс он с улыбкой.

Ещё одна капля из флакона упала на его указательный палец. Он провёл им медленно, чуть надавливая, останавливаясь в местах, где прощупывался пульс, по моей шеи, начиная от места за ухом, заканчивая ключицей.

До моего носа долетел соблазнительный и выразительный аромат духов. Я словно вдыхала всё те подаренные букеты разом и по отдельности, наслаждаясь солированием цветов с нотками сочных ягод. Так пахнет лето на цветочном лугу ранним утром, так пахнет рай.

С хищной улыбкой Александр придвинулся ближе. Его тяжёлое дыхание сначала опалило щеку. Он остановился и дал мне пару секунд для отступления. Адреналин побежал по венам, а я приняла решение, оставаясь на месте.

Он резко уткнулся носом в мою шею, и я ахнула от неожиданности, а потом ещё раз, когда почувствовала невесомое прикосновение губ к коже. Они разомкнулись и легкий укол боли прошёлся по телу, когда его зубы надкусили чувствительное место. Эта ласка намного интимнее, острее, и всё тело отреагировало моментально на кратковременную, но такую сладкую боль, что соски набухли под нежным кружевом, превращаясь в стойкие горошины.