Книга Нулевые, страница 12 – Алекс Джун

— Какой он вечно неуклюжий! – цокнула языком Маша.

— Просто сильно высокий. И руки-ноги длинные, – ответила Таня. – Хотя мне такие нравятся.

— Скажешь тоже. – Маша взяла подругу под руку и затащила в класс.

Учителя еще не было, хотя звонок уже минут пять как прозвенел. Мальчишки сидели на партах и болтали, а девочки расположились вокруг Марины, что-то показывающей в журнале. Время шло, а математичка все не приходила. Радостный Илья предложил всем идти домой, но Маша заявила, что это детский сад, и заставила старосту пойти в учительскую и выяснить, состоится ли урок алгебры. Через пять минут Аня вернулась и разрешила всем расходиться по домам. Старой учительнице стало плохо, и ей вызвали скорую. Одноклассники ничуть этому не огорчились. Они радостно похватали вещи и выскочили из класса, крича на всю школу.

Как Маша и думала, Дима остался. Он привычно сидел на своей последней парте и смотрел в окно, постукивая карандашом по открытой тетрадке.

— Ну вот и славно, – потянулась Маша и подошла к Диме. – Раз два последних урока отменили, начнем заниматься сейчас и пораньше закончим.

— Нет. – Дима поднял на нее глаза, а его лицо при этом не выражало никаких эмоций. – Мы не закончим пораньше, даже не мечтай. Ты будешь сегодня заниматься со мной два урока, а потом мы перейдем в библиотеку, как договаривались, и там продолжим. Я знаю тебя с первого класса и хорошо понимаю фронт работ.

— Говоришь так, словно я безнадежна, – надула губы Маша. – Мне в три надо освободиться.

— Ладно. В конце концов, это не мне нужно, а тебе, – невозмутимо ответил Дима, доставая из рюкзака учебники. – И начнем с химии. Надо же тебе как-то исправлять сегодняшнюю двойку.

И все-таки Дима был красив. Конечно, он не обладал, как Илья, понятной мужской красотой: у него не было широких плеч, мускулистых рук, голубых глаз и светлых льняных волос. Димина внешность была гораздо сложнее, она не укладывалась в привычные каноны, и нельзя было точно сказать, что именно делает его привлекательным. Руки у него были слишком худыми, а пальцы длинными. Дима часто сутулился, но когда он расправлял плечи, то становился на голову выше большинства пацанов. Ноги у него тоже были длинными и лишь каким-то чудом умещались под партой. Маша опустила глаза, чтобы посмотреть, не завязывает ли он их узлом. Но Дима просто сидел нога на ногу. Его волосы были жесткими и блестящими, чем-то напоминая оперение воронов. Нос прямой и узкий, а глаза, обрамленные густыми черными ресницами, походили на два нефрита: глубокий зеленый цвет слегка разбавляли коричневые вкрапления.

— Маш, ты вообще слушаешь? – устало вздохнул Дима, жирно обводя карандашом формулу в тетради.

— Да вдруг вспомнила, что коричневые полосы в нефрите – это железо, которое окислилось по трещинам в камне. – Маша поправила челку и постаралась обаятельно улыбнуться.

— Какой нефрит? Я тебе совсем другое объяснял. – Он взъерошил волосы и с тоской посмотрел в окно, словно мысленно прося у небес пощады.

— У меня бабушка в молодости занималась геологией. Рассказывала мне всякое-разное про камни. Вот я и вспомнила. Случайно.

— СЛУШАЙ, – снова провел ладонью по волосам Дима, – ты довольно умная девочка, но твоя проблема в том, что ты постоянно отвлекаешься и не можешь долго удерживать внимание на чем-то одном. За всю школьную жизнь я видел тебя предельно сосредоточенной лишь раз – кажется, в третьем классе. Тогда Марина вернула тебе долг монетами, и ты их долго, скрупулезно пересчитывала.