Книга Ты мое наказание, страница 57 – Полина Зорина

— То есть ты для дела, а она для тела? А мне кажется, он просто любитель оргий.

Девушки тут же переключились на обсуждение клубов, где это практикуют. Я слушала вполуха, кромсая перец и время от времени поглядывая по сторонам. Ни Инги, ни Владислава Михайловича не было видно.

Да с чего это меня вообще должно заботить?

Может, они уже успели помириться. Не обязан же он меня в известность ставить. Взял меня с собой, чтоб развлекала его как Петрушка на ярмарке. Так, чтобы фоном болтала всякую чепуху вместо радио.

Обидно.

Хочется отхлестать себя по щекам, чтобы привести себя в чувство.

Я не должна испытывать подобных эмоций! У нас просто договор! Все!

Пусть проводит время, с кем хочет. Меня это не касается!

От аутотренинга меня оторвал Геворк.

— Девочки, девочки! Умницы, красавицы! Хорошо справились! Несите овощи в большую беседку! Сейчас будет чудо. Овощи превратятся в блюдо, да в такое, что ум отъешь.

Я взяла свою чашку с перцем.

— Отдай перец Наташе, — я замерла на месте и посмотрела на Геворка, не понимая, что ему от меня надо. — Сходи позови Влада.

— Я?

— Ты. Ты ж его помощница, — усмехнулся он. — Вот и помоги его найти. Его за розжигом послали, а он провалился.

Без особой охоты я потащилась к домику. Что если он сейчас не один? Развлекается с Ингой, а я вломлюсь. Нет, вламываться я не буду. Просто постучу в дверь и скажу, чтоб поторопились. Половой акт в среднем занимает восемь минут. Спасибо гуглу за познания. Уже десять раз могли бы успеть. А если не успели, сами виноваты.

Представлять, чем Владислав Михайлович занимался в домике с белобрысой, было неприятно.

Логичное утверждение «если неприятно, не представляй» не работало. Картинки пикантного характера сами всплывали в воображении.

Однако неудобной ситуации удалось избежать.

Я столкнулась с Ингой на главной дорожке. И судя по лицу, довольной она не выглядела. Скорее неудовлетворенной и злой. Ну, женские оргазмы, если верить курсам, вещь такая — не каждый может испытать. Видимо, в этот раз не удалось.

Проскочить мимо нее не получилось.

Она преградила мне путь, криво усмехаясь.

— Думаешь, ты у него надолго? Да знаешь, сколько у него таких, как ты, было, но он всегда ко мне возвращался. Особенной себя считаешь? Ты ему просто интересна как диковинная зверушка. Наиграется и вышвырнет тебя из своей жизни. Потом не плачь. Не говори, что тебя не предупреждали.

Я сделала шаг в сторону, чтобы обойти ее.

Она вела себя так, словно они не помирились, или опять успели поссориться.

Что за у нее привычка винить во всех бедах меня?

— Ты пожалеешь! Ты обо всем пожалеешь! Но а сейчас наслаждайся! — крикнула мне вслед.

Дура какая-то!

Подойдя к домику, я потопталась на крыльце, раздумывая, грозит ли мне напороться на гнев Соколова.

Может, белобрысая его выбесила, и теперь он сорвет гнев на мне? А мне очень не хотелось терпеть его перепады настроения.

Постучав несколько раз, отворила дверь.

Взгляд сразу упал на низкий столик у дивана. Свечи. Ведерко со льдом. Уже без шампанского. Мясная и сырная нарезки на пластиковых тарелках.

Романический завтрак, плавно перетекший в обед?

Сердце кольнуло.

Они здесь сидели, пили, ели, потом поругались. Милые бранятся только тешатся. Соколов сидел на диване, жевал сыр и прикладывался к бутылке.