Книга Ты мое наказание, страница 33 – Полина Зорина

— Меня не волнует информация о твоих покупках. У меня язва обострилась. Мне нужно регулярно питаться, как говорит мой врач. А ты будешь меня сопровождать.

— Слушайте, — я попыталась высвободиться из захвата. — Предложите Ирме Витальевне, ей нужнее.

— С чего ты это взяла? — удивился он.

— Она вечно на меня так смотрит, будто сожрать живьем хочет. Покормите ее вкусным обедом.

Он хмыкнул.

— Ирма Витальевна — ключевая трудовая единица. Ей никак нельзя отлучаться из приемной. Иначе все дела пойдут наперекосяк. А ты существо бесполезное, и даже вредоносное. Твоего отсутствия фирма даже не заметит.

— Существо? Ну спасибочки.

— А кто? Создание?

— Человек.

— Заметь, факт бесполезности и вредоносности ты даже не пытаешься оспорить. А что это значит?

— Что кое с кем спорить себе дороже.

— С кем?

— Ответ вам явно не понравится, так что я промолчу.

Соколов снова потащил меня в тот ресторан.

— Ну уж нет, — заартачилась я. — Я вас лучше на крылечке подожду.

— Что не так? Это приличное место с вкусной кухней.

— Оно скучное. Пока еду дождешься, уснешь. И цены такие, что на них посмотришь, и уже наелся.

— Дело в деньгах? Только в этом?

— Нет. Мне здесь не нравится.

— И куда ты предлагаешь сходить?

Я покрутилась на месте.

— Вон, туда, — ткнула пальцем в ярко оформленное молодежное кафе популярной сети.

— В ту забегаловку? — Соколов поморщился.

— В кафе.

— В забегаловку, — упрямо повторил он.

В этот час в кафе было многолюдно. Видимо, где-то рядом было какое-то учебное заведение. Что-то вроде колледжа, потому что ребята даже на первый курс не тянули.

Соколов скептически посмотрел на громко болтающих студентов и шумно вздохнул.

— Только не говори, что тебе здесь нравится больше, чем в ресторане.

— Быстрей! — я сама не поняла как дернула его за рукав, заметив свободный столик. — Занимайте тот столик! А то придется стоять.

К нему уже ломанулись мальчишки, но спорить со взрослым дядькой наглости у них не хватило.

— Как мы их сделали! — обрадовалась я нашей победе.

Соколов прикрыл ладонью глаза и покачал головой.

— Сидите здесь, охраняйте наше место, — я свернула пальто и повесила его на спинку стула. — А я нам возьму что-нибудь поесть. Вам, наверное, что-то типа кашки. Если каши, не будет возьму что-нибудь диетическое. Вдруг здесь есть брокколи.

— Какая еще брокколи? Возьми нормальной еды, — он достал кошелек и вытащил карту.

— Нет-нет, в этот раз я угощаю.

Уже на середине зала я остановилась и, обернувшись, крикнула:

— Так брокколи или кашку?

Сбоку послышались приглушенные смешки.

Лицо Соколова нужно было видеть. Он стиснул челюсти и смотрел на меня так, будто собирался придушить. Но я ни о чем не жалела. Это того стоило. Он издевался надо мной, теперь моя очередь.

Но когда он поднялся с места и направился ко мне с видом терминатора, мое сердечко дрогнуло, и я прибавила шаг, надеясь, что, если успею добежать до раздачи, он меня не тронет.

Вскоре я спиной почувствовала, что он уже здесь.

Спиной потому, что он так близко стоял, что едва не вжимался в меня.

От него в буквальном смысле слова веяло раздражением и злостью. У меня даже мурашки по коже побежали.

Когда очередь дошла до нас, я заказала огромный бутерброд с сосиской, уложенной с овощами и соусами в половину батона.