Книга Лавка редкостей, или счастье со сковородкой, страница 34 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

— Они что, сейчас вместе? – спросила я вслух. – Вот дела. Вот бы узнать, чем они сейчас занимаются? Небось, козни строят.

Вновь коснулась карты, не слишком веря в успех.

Над пальцами взвился сноп ярких искр. Они сначала закружили в воздухе встревоженным роем, потом слились в сияющий шар и образовали гладкую поверхность, подобную магическому зеркалу.

В зеркале, как на мониторе компьютера, я увидела ответ на запрос.

— Ой! – получилось у меня невольно.

* * *

Следом за удивленным вскриком упорно рвались ругательства, но их я не стала произносить. Сцена, представшая моему взору, была уж слишком пикантной. Я даже засмотрелась невольно. Кто бы мог заподозрить этого слюнтяя Энтони Шаффа в подобных шалостях?

Мда-а-а. Картинка сопровождалась звуком. Слышалось тяжелое дыхание, стоны. Тела извивались на белых простынях. Мой несостоявшийся жених являл чудеса изобретательности. Тетка мяла пальцами шелк.

— Что тут происходит?

Из стены выглянула бабуля.

— Что за звуки, Наташа Риммель?

Я быстро смахнула ткань со столешницы, а вместе с нею и непристойное «кино».

— Ничего. Вам померещилось.

— Мне никогда ничего не мерещится.

Призрак сквозь пенсне оглядел комнату, зачем-то принюхался и пожал плечами.

— Странно.

— Вот и мне странно, бабушка Тереза, в чем вы меня подозреваете?

Бабуля фыркнула и уплыла обратно в стену. Уф! Повезло. Я вернула карту на стол, положила на нее ладони и задала вопрос, который давно уже надо было задать:

— Где сейчас настоящая Наташа Риммель?

* * *

Карта послушно ожила, и я, затаив дыхание, следила за новым рисунком, который проявился на ней взамен города Льежена. И чем дальше бежали линии, тем более узнаваемым становился контур города.

Еще бы он не был мне знаком! Я прожила в нем тридцать лет своей прошлой жизни! А в последние годы досконально изучила схему дорог и пробок. Без этого из дома не выезжала.

Моя волшебная карта послушно нарисовала знакомый район, реликтовую сосновую рощу и тихую улочку. Четырехэтажный дом предсказуемо был подписан как музей, а поверх него проявилась надпись: «Наташа Риммель».

Лопни мои глазоньки!

— Карта, покажи мне ее поближе! – выпалила я, касаясь здания музея, и вновь увидела искры и сферу, в которой я-прежняя активно протирала пыль с самовара.

— Не может быть! – пораженно прошептала я, будто боясь, что меня услышат.

Неужели нас поменяло местами? И как я теперь должна поступить с этим знанием? Та Наташа выглядела вполне счастливой, она искренне улыбалась и принимала от незнакомого мужчины чистую тряпицу. Наверное, это наш новый сотрудник, которого обещали мне в помощь, но которого я так и не дождалась. Как его знали? Если не путаю, Николай. Николай? Тот самый Ник из моего сегодняшнего сна. Вот так дела.

— Хватит, - положила я ладонь на карту, и та послушно погасла.

Сделанное открытие было таким неожиданным, что во мне вскипела магия. Я поняла, что ее срочно нужно куда-то девать. Эмоции захлестывали, и на месте не сиделось.

Я побежала в кабинет и схватилась за мешки с заготовками для артефактов. Здесь было полно баночек, пузырьков и других емкостей. То, что надо!

Огонь рвался наружу, и я с трудом сдерживалась, пока выставляла тару на стол. А потом я просто брала очередной пузырек и до краев заливала его огнем. Один за другим. Опомнилась только когда баночек не осталось. На столе стояла батарея светящихся артефактов, а во мне по ощущениям, огня хватило бы еще на два раза по столько.