Книга Рионада, страница 36 – Натали Смит

За часы вне «Морока» Андрей узнал о девушке больше, чем о любом своем помощнике за недели. И теперь, глядя на плескавшееся в ее глазах раздражение пополам с уязвимостью, сам испытывал неудобство. В его уравновешенный внутренний мир как будто бросили нечто тяжелое, и баланс сдвинулся. Как богатый, нескромно богатый человек, он не мог до конца понять, почему врачи не закрыли базовые потребности ее тела: новое сердце и сенсорную кожу, это доступно. Да, он не был баснословно богат еще несколько лет назад, но отец никогда не игнорировал медицинские нужды сына и при необходимости мог предоставить самое лучшее лечение. В мыслях Андрея не укладывались новые знания о том, что генерал-победитель живет скромно, отрезанный от технологической помощи. Параллельно пришла новая мысль: пересмотреть медицинские страховки работников корпорации, посмотреть, что улучшить.

— Почему тебе не сделали нормальную кожу и сердце? — спросил помощницу. Получилось строго, не как обычный вопрос. Настя чуть вздрогнула от такого тона, но ответила:

— Кожа стандартная для нужд космодесанта — им лишние ощущения не нужны. Пока я росла, помнишь, менялись протезы и эта чувствительная кожа к каждому размеру обошлась бы еще в такую же сумму. К тому же восстанавливать нервные связи на каждом новом протезе… — девушка вздрогнула сильнее. — И сердце не меняли, пока не вырасту, а потом я сама не захотела.

— По какой причине?

— Не хочу больше, чтобы кто-то вскрывал мое тело, копошился во внутренностях, переставлял, передвигал, сшивал по-новому.

Андрей почувствовал горечь во рту, как будто Настины слова отравили пространство и проникли сквозь поры, такими тяжелыми они были. И одна мысль: он подарит ей сертификат на услуги частного медицинского комплекса имени Артемия Кощеева — там лечились все богачи. Вдруг она передумает и захочет. Человек ведет себя в соответствии с иерархией потребностей и в данный момент была потребность в комфортной обстановке, спокойствии. Андрей подумал, что может попытаться помочь иначе.

— Трехголовых драконов видел мой отец в одиночной экспедиции, — от резкой смены темы Настя подобралась, во взгляд вернулось чистое любопытство.

— Разве можно здесь в одиночку? — спросила она, подтягивая колени к груди и устраивая на них подбородок. Раскаты грома снаружи казались тише или привычнее.

— А кто бы ему запретил? Научный корпус поглощал его пожертвования как черная дыра.

Андрей с удовольствием рассказал прочитанную в записях отца историю. Кощеев старший прибыл на Рионаду как раз на «Мороке», и дрейфовал в районе базы на коптере. Сначала его удивили необычно тихие граймсы, буквально слившиеся с деревьями. Они не пытались его отогнать или напасть, это показалось странным. Хищника может напугать только другой хищник, гораздо крупнее. И он, точнее стая, не заставили себя ждать.

— В записях отца они выглядят так, — Андрей нашел файл с коротким видео, голограмма поднялась над экраном. Серо-зеленые существа с длинными, гибкими шеями, подобно змеям изгибались; раскрытые пасти, полные зубов; языки, головы покрытые костяными наростами; бочкообразные тела с мощными хвостами и перепончатые крылья.

Их было много, больше десятка особей. Они летели целенаправленно стаей в сторону О-34, но задержались, чтобы атаковать коптер. Животные издавали шипящие звуки и били аппарат хвостами, плевали маслянистой жидкостью. Все произошло за несколько секунд. Кощееву пришлось экстренно садиться сквозь толщу ветвей. Коптер был поврежден, но образцы, собранные с его обшивки, привели Артемия Кощеева в небывалый восторг. Сильнейший нейротоксин, который он после исследовал в своих лабораториях, невиданный раньше. О котором он ни слова не сказал научному корпусу.