Книга Рионада, страница 32 – Натали Смит

За несколько минут, пока отсутствовала помощница, он успел немного осмотреться. Путь вглубь кормы был перекрыт покореженной гермодверью, открыть ее руками не представлялось возможным. Вокруг свисали выпавшие из ревизионных люков провода и трубки. Прилично грязи: почва, трава, листья, неопознанные фрагменты. Под сапогом хрустнул скелетик небольшого существа. Андрей выругался на себя за невнимательность, сфотографировал останки, упаковал образец. Кажется, такого зверька экспедиции еще не вносили в базу, чуть больше его ладони.

Стены из металла латунного цвета, без коррозии, исписаны ствелларскими знаками. Судя по расположению — сплошь технические. Их следовало перевести, но это не к спеху, стрелки-указатели были универсальным языком. Андрей обошел мумию и направил мощный луч из накса в сторону носа корабля, зарывшегося в землю. Слой наносной грязи, ожидаемо, был гораздо толще, но гермодверей не наблюдалось и проход был свободен.

Идти одному не хотелось.

— У меня много слов, и ни одного приличного, — Настя вернулась сердитая. — Как жаль, что телепортацию до сих пор не довели до ума. Только представь: вжух — и мы на «Мороке», в тепле и уюте, пока тут черте что…

Проблема телепортации действительно стояла. О нормальном переносе человека с места на место мечтали поголовно все, но до сих пор не клеилось. Победить принцип неопределенности Гейзенберга не удавалось; процесс демонтажа молекулярной структуры объекта и последующего восстановления в другом месте не работал на живом объекте — объект погибал; создание идеальной копии объекта означало создание идеально точной копии сознания — этическая проблема и техническая проблема. В общем, только мечты и неудачные опыты.

— Еда? — предложил Андрей, помня, что «Настенька любит повеселиться, а особенно пожрать».

— Да! — прогнозируемо возрадовалась девушка и слегка покосилась на мумию: — И не надейся, для тебя ничего нет.

— Он же мертв, — не понял Андрей.

— Я знаю, но он меня напрягает. Все думаю, в договоре не хватает пункта про почетные похороны…

Нелепое заявление помощницы вновь заставило рассмеяться. Андрей на полном серьезе начинал опасаться, что потянет ранее не востребованные мышцы на лице. Выдохнул, сосредоточился. Итак, в рюкзаках: лазерный нож, сухпаек, вода.

— Может мне попробовать себя в шоу? — Настя плюхнулась на прежнее место, устало вытянув ноги.

— В каком?

— Где говорят про обычную жизнь, а зрители смеются. Мне удалось рассмешить принца Несмеяна, думаю и там шансы есть. Финалисту достается денежный приз, ты видел сколько нулей в нем?

— Я не смотрю шоу, — признался Андрей. Он вручил помощнице несколько питательных батончиков и упаковку воды. — Несмеян? Серьезно?

— О, да! Тебе надо чаще, ну знаешь, радоваться. Раньше верили, что смех продлевает жизнь.

— Раньше верили и в жизнь на Луне, — покачал головой Андрей и поскорее засунул в рот батончик из смеси сушеного мяса и злаков, чтобы губы не растягивались в улыбку. Ему казалось неловким так веселиться на работе, он привык держать дистанцию.

— Погоди-ка… Я поняла: ты боишься, что морщины появятся? — Настя спрятала смешок в покашливании.

— Все правильно твой отец говорил: веселье и поесть.

— Пожрать. Это важно — выбор правильных слов. У пожрать, например, серьезный оттенок, а поесть — это так, баловство, — проговорила Настя с набитым ртом. Голубые глаза блестели от смешливых слезинок.