Книга Тайна феи. По следам мерцающей пыльцы, страница 23 – Татьяна Карсакова

Вот только сегодня отчего-то не работает.

Раздражение не пропадает, только нарастает.

Усилием воли беру себя в руки.

— Бабуль, а может мы не правы? — начинаю мягко.

— В чем? — с любопытством смотрит на меня старая волчица. — Ты за Литеру переживаешь? Не надо, маленькая, она смирится.

— Я тоже думала, что смирится, — признаюсь и перехожу на подлокотник кресла к бабуле. Мне проще принимать решения, когда она рядом. Восьмилетней малышкой я сидела у старой волчицы на коленях и решала ситуации-задачки. Сейчас я понимаю, что это было такой учебой. Чтобы подготовить меня к обязанностям ведьмы.

Вот и сейчас, хочется сидеть рядом, рассуждать, как в детстве.

— Ты видишь, что волчата меняются? — обращаюсь к бабуле.

— Вижу, ещё в маразм не впала, — кивает она. — И вижу я то же, что и ты. Эрхан дурно влияет. Балует, жалеет. Эрх — хороший парень, но за годы без семьи отвык от волчьих традиций. Мне с ним поговорить, или ты сама?

Всегда поражалась уму этой старой волчицы. Она же прочитала мои мысли без слов! Впрочем, как всегда.

Но на этот раз я вижу капельку больше.

— Ба, и без Эрха волки меняются, — произношу задумчиво. — Мы с тобой даже предположить не могли, что Литера не смирится со своей участью. Любая бы смирилась. Под гнетом родственников, под ответственностью перед семьёй. Да у вас в крови подчиняться!

А Лит боролась. Наплевала на семью, но боролась же!

— Литера — позор нашего рода! — взгляд бабули становится жёстким, серьезным. От него оторопь бежит по телу. — Иногда в честных волчьих семьях рождаются вот такие вот уродцы. Лит — мутация, ошибка генетики… Называй как хочешь, но волчицей ее точно назвать я больше не смогу.

Чувствую гнев, переполняющий вожачку, ее негодование, бессилие. Чувствую каждый сосуд в ее теле, их напряжение, резкое сжатие.

— С ума сошла? — обрываю бабулю резко. — Я же просила не волноваться! У тебя сердце!

Падаю на пол, чтобы сидеть было удобнее, и беру бабушку за руку. Быстро пробегаюсь магией по всей кровяной системе, регулирую ее, чтобы кровь бежала без перебоев, чтобы ни давление, ни сердце не шалили.

— Спасибо, лисеночек, — искренне благодарит меня старушка. — Прости, стара я стала. Тяжело переношу такие выкрутасы.

— Бабуль, — смотрю на старую волчица снизу вверх, — мне кажется, волки меняются не из-за Эрхана. Я не знаю что это. Мое дурное влияние, отсутствие нормальной ведьмы вашего вида, просто закономерный процесс… но волчата становятся другими. Велиша принесла Литере телефон. Просто взяла и помогла сестре сбежать из под венца. Совершить самый большой позор и для нее, и для рода. Ты понимаешь, ба? Маленькая волчица не только пошла против воли старших. Она допустила саму мысль, что такой брак неправильный. Что мы с тобой можем ошибаться. В вот таком, глобальном решении.

— Велишу разбаловал Эрхан, — бабуля гладит меня по голове, как маленькую. Я привычно утыкаюсь лбом в цветастую юбку у бабушки на коленях. Сколько раз я так сидела малышкой? Сколько решений мы так вместе приняли?..

— Мы все делаем правильно, Лиса, — уговаривает меня вожачка, словно ребенка. — Литере нужно это замужество. Она молодая, импульсивная, глупая. Тот волк ее успокоит, воспитает, научит жизни. Забудет Лит про свою любовь. Не она первая, не она последняя выходит замуж со слезами на глазах.