Книга Бандерос для училки, или Мечты сбываются…, страница 45 – Мари Александер

— Антон, ну я же сразу сказала тебе, стать отцом со мной у тебя не прокатит, – чистосердечно признавалась я ему, когда мы уже были вдвоём в ванной.

Вот мы вдвоём лежим в ванне. Благо Антон сделал в квартире не только полноценную душевую кабину, но и ванную, в которой он мог лечь во весь свой рост. А учитывая это, мы могли принимать ванну вместе.

Я млела, лёжа на нем, одной рукой он ласкал меня, а во второй держал инструкцию от одного из тестов и читал её.

— Бандерос, где обещанный мне десерт? – спросила я его, когда рука на моей груди застыла. – Позвав меня в ванную, ты сказал, что будет лучше, чем мороженое, которое ты забыл купить.

Я попыталась перевести всё в шутку. Сегодня у нас была последняя ночь вместе, а он устроил тут избу-читальню.

— Мира, я почти дочитал, – сказал он и перевернул в руке листок.

Я развернулась, вырвала эту чёртову бумажку из его руки и отбросила в сторону. Оседлав его, сказала:

— Всё самое важное я тебе и на словах скажу, чай уже была замужем, и единственное, что от меня требовалось, – это родить наследника Ледофф, – сказала, и опять же правду и только правду.

И так глубоко вздохнула, от чего грудь, с которой Бандерос уже не сводил взгляд, поднялась и … Нет, опуститься не успела, точнее, опустилась, но на раскрытые ладони моего мужчины.

А дальше…, а дальше мои красавицы были обласканы так, что я даже немного приревновала, на десерт у Бандероса сегодня была я, а точнее моя грудь. Но ненадолго. Мои ласковые ручки нашли, чем заняться, и это так возбуждало, что водичку мы немного расплескали. Жеребец мне достался что надо. Надеюсь, звукоизоляция в ванной не уступает спальне.

Наутро был кофе и были снова споры. Я говорила, что тест мне не нужен и отцом Антон в ближайшие 9 месяцев точно не станет, по крайней мере, со мной. Я могла уверенно отстаивать свои слова, что рожать продолжателей династии Стрельцовых не собираюсь, потому что знаю его точку зрения на этот вопрос. И если кому-то могло показаться, что Антона это могло обидеть, спешу уверить, он только вздохнул с облегчением, как мне показалось. Его мои слова только радовали.

Потом были примирение и их отъезд в аэропорт.

И да, чуть не забыла, торжественно вручённые мне ключи от квартиры Стрельцовых со словами:

— Обживайся потихоньку, если захочешь что-то поменять, я против не буду. В принципе можно поменять всё.

А Вика добавила:

— Да по квартире видно, что её обставляли для холостяка, так что, Мира, можешь менять всё, только мою комнату не трогай, пожалуйста.

Вот так и Вика дала своё согласие на мой переезд.

Прощаясь с ними, я боялась расплакаться, но сдержалась.

Весь этот день я провела в кровати. Лежала, свернувшись калачиком, и вдыхала такой уже любимый и знакомый, терпкий, немного резковатый, древесный запах с нотками табака и чего-то ещё, уже смешанный с моими духами, фруктовый аромат с нотками цитрусовых.

На следующий день поехала на квартиру и начала собирать вещи, только не для того чтобы переехать в квартиру Стрельцовых.

Перед этим я была срочно вызвана в клинику, там какой-то новый доктор, сказавший, что он замещает моего специалиста, сообщил мне, что последние анализы показали, что тянуть больше нельзя, и мне придётся выбирать: оставлять один плод или прерывать беременность полностью. Если хочу спасти хотя бы одного ребёнка, мне придётся сразу ложиться на сохранение в специальную частную клинику, где я буду под постоянным присмотром у медицинских работников, чтобы в критический момент мне успели помочь. Сейчас срок был ещё слишком маленький, поэтому даже в инкубаторе ребёнок вряд ли выживет. Но в какой момент может начаться отторжение второго плода, мне не могли сказать, это нельзя было предугадать.