Книга Немая улика, страница 190 – Цинь Мин

* * *

Когда очередь дошла до второго тела, оно уже полностью разморозилось и размякло. Оборудование, установленное в новой и современной прозекторской, сильно упростило нам задачу по размораживанию трупа.

— Как же хорошо, когда есть финансирование, – с ноткой зависти в голосе произнес Дабао. – Только взгляни на это! Чудесно же… Сразу видно: всё направили на улучшение условий, каждый юань, ничего себе в карман не положили.

— Я даже не думал об этом, – перебил я восхищенные возгласы Дабао. – Взгляни на него: затасканная одежда, заштопанные носки… Бог мой, только представь, как тяжело ему жилось, если он даже носки по нескольку раз штопал. Жертвами грабежа стали богач и бедняк… Интересно, конечно, взглянуть на этого убийцу.

Дабао погрузился в размышления.

Снять одежду с размороженного трупа оказалось проще, чем я ожидал. Разложив ее на полу, начал шарить по карманам, надеясь найти документы, удостоверяющие личность, или хотя бы что-то полезное.

Паспорт я не нашел, но зато отыскал небольшой клочок бумаги, похожий на квитанцию. Поскольку труп находился в холодильнике среди льда, когда он растаял, все написанное на бумажке расплылось. Несмотря на это, я сразу понял, что текст на листочке был выведен через копирку. Это была долговая расписка. Внизу дрожащей рукой было написано имя кредитора: Ли Дачжу.

— Ли Дачжу, – прочитал я вслух. – Похоже, это имя покойного.

Дабао обрадовался и громко позвал стоявшего за дверью эксперта. Он попросил его немедленно связаться со следователями и выяснить, кем являлся этот Ли Дачжу. Окрыленный тем, что можно остаться снаружи, эксперт ушел совершать важный звонок, который ему поручили.

На запястьях мужчины отчетливо виднелись отметины веревки, а на коленях с двух сторон можно было разглядеть следы подкожного кровотечения. Без сомнения, его ограничили в движениях. Мужчина погиб от ножевого ранения. Кто-то с особой жестокостью вспорол ножом шею жертвы; острие проникло настолько глубоко, что почти коснулось шейных позвонков. По ране было понятно, что нож, которым ее нанесли, перед этим хорошо наточили. Убийце хватило одного удара, чтобы нанести смертельное ранение. Яремная вена и сонная артерия были перерезаны одним махом, нож вошел прямо посередине трахеи. Весь фонтан крови, который брызнул из шеи погибшего, стекал обратно в его горло, он захлебывался и кашлял, забрызгивая кровью собственную грудь.

— У него не хватает пряди волос, – заметил Дабао и указал на заметно поредевший участок на голове. – Убийца, должно быть, заставил покойного встать на колени, связал ему руки, затем одной рукой схватил несчастного за волосы, а другой вонзил в него нож. Но как так вышло, что на месте преступления нет следов крови?

— А кто сказал, что нет? – спросил я. – Брызги крови были прямо на прутьях клетки. Сначала я не придал им большого значения – думал, может, ржавчина…

— Посмотри на цвет крови, она светлая; значит, у него произошла обильная кровопотеря, – продолжал Дабао. – Но на месте преступления крови практически не было.

— Как это не было? – возмутился я. – А вся та гнилостная жидкость? Думаешь, столько могло вытечь из разложившегося трупа? Ошибаешься! Из этого типа, – я указал на секционный стол, – вылилось немало крови, просто она уже перемешалась с жидкостью из другого тела и начала гнить вместе с ней. Учитывая брызги крови на клетке, я практически полностью уверен, что этого мужчину убили прямо перед клеткой.