Книга Немая улика, страница 132 – Цинь Мин

— Ее муж – вечно пьяный бездельник, который целыми днями играет в азартные игры, – пояснил главный следователь по делу. – После смерти жены он лишился единственного источника дохода. Дело пока не раскрыто, поэтому он хочет воспользоваться ее смертью, чтобы получить компенсацию, а тело ему нужно для подтверждения.

Я стиснул зубы. На что только люди не пойдут ради денег…

— У мужа есть алиби? – спросил я.

Следователь кивнул:

— Он находился в подпольном казино две недели подряд, даже не выходил оттуда. Это может подтвердить запись с камер наблюдения.

— Какие выводы вы сделали в ходе вскрытия?

Я надел спецодежду для вскрытия и сделал надрез рядом с раной на теле жертвы, надеясь получше рассмотреть края раны, как на теле предыдущей девушки с цветком.

Поскольку труп уже сильно разложился, как только лезвие коснулось кожи, на мои перчатки брызнула гнилостная черная жидкость. Намокшие перчатки выглядели неприятно. Отделить кожу от подкожной клетчатки у замороженного трупа не так просто. Я осторожно подковыривал кончиком скальпеля кожу, пока клетчатка не отделилась от мышцы, после чего обработал оголившееся место спиртом, и очертания раны стали отчетливо видны.

Мои глаза радостно сверкнули.

— Смотрите, – сказал я. – У жертвы всего четыре раны на груди и шее. Смертельным оказался удар в сердце, но все раны имеют общую характеристику.

— Все они колото-резаные, – перебил Дабао.

Судмедэксперт Ци молча смотрел на раны.

Я добавил:

— Верно, все раны колото-резаные, при этом лезвие ножа было направлено вниз. Преступник после удара немного нажимал на ручку ножа, поднимая вверх кончик острия. – Сделав небольшую паузу, продолжил: – Точно такую же рану мы увидели на шее Чэнь Цзяо. Одна рана может случайно оказаться похожей на другую, но чтобы все пять были одинаковыми – это говорит только об одном.

— О том, что у убийцы выработана определенная привычка, – добавил Дабао. – Он приподнимает нож, когда вытаскивает его из тела жертвы.

Я кивнул.

— Этого аргумента достаточно для объединения двух дел.

* * *

После того как я вкратце изложил наши выводы после осмотра следственной группе, в кабинете воцарилась тишина.

— Modus operandi в пользовании ножом как аргумент в пользу объединения дел притянут за уши, – прервал молчание начальник Дин.

— Колото-резаные раны возникают по двум причинам, – начал я. – Первая – это изменение положения тела жертвы в момент удара, а вторая – меняется направление лезвия; в последнем случае какие-то раны получаются колотыми, а какие-то нет. Однако что в свежем деле, что в старом жертвы были зарезаны на массажном кресле; все происходило внезапно, поэтому они не сопротивлялись. Значит, положение тела жертвы не менялось, и мы можем это исключить. Кстати, говоря о ранах: Чжэн Цяохуэй, убитой два месяца назад, нанесли множество колото-резаных ран в разные участки тела, но сами они при этом были одинаковыми. Это нельзя расценивать никак иначе, кроме как привычки убийцы.

— Ага, – поддакнул Дабао, – если подумать, не все мы, когда вытягиваем нож, приподнимаем его острие, – это можно считать особенностью.

Следователи всё еще молчали. На их лицах было написано, что они не понимают, что именно я им пытаюсь доказать.

— Я согласен с начальником Цинем, – сказал только что закончивший говорить по телефону начальник лаборатории по городу Инчэн Чжоу Бяо. – Когда мы узнали о возможной связи двух преступлений, сразу же проверили тридцать два презерватива и семнадцать салфеток, изъятых с места преступления. В каждом из образцов мы выявили мужской генотип. Затем сравнили их с теми, что были найдены на месте убийства Чжэн Цяохуэй. Так вот, обнаружилось совпадение: ДНК с салфетки с места убийства Чэнь Цзяо полностью совпадает с ДНК из презерватива, найденного рядом с трупом Чжэн Цяохуэй.