Книга Развод. Тот, кто меня предал, страница 22 – Даша Черничная

И кладу трубку, не дожидаясь ответной реплики. Какой смысл? Знаю я, что мать дальше втирать мне будет. Теперь только один выход — избегать ее изо всех сил.

От меня за версту разит жасмином. Я окончательно тронулся головой, раз продолжаю пользоваться гелем для душа своей жены.

Флакончик заканчивается, надо бы новый купить. Точно такой же.

Я скатился на дно, но мне откровенно похуй на это. Хоть так, но она рядом. Знаю — это фантом, но перестать не могу.

Выхожу из душа, бреюсь. Надо бы еще подстричься. Джигурда, блять.

Обматываю бедра полотенцем и иду на кухню. Включаю кофемашину, делаю себе эспрессо.

Снова звонит телефон. Герман, мой зам.

— Привет, — отвечаю ему как можно бодрее.

— Воскрес? — хмыкает пройдоха.

— Твоими молитвами, — усмехаюсь в ответ.

— Если бы моими молитвами, ты бы уже на том свете тусил, а я в твоем кресле сидел.

— А харя не треснет?

— Если только немного, — хохочет друг и говорит уже серьезнее. — Мир, там Левашов нарисовался. Про тендер от администрации весточку принес. Надо бы подготовиться.

— Стоящий тендер? — спрашиваю с интересом.

— Если бы нестоящий, я б не трогал тебя.

— Понял, буду через час.

— Ну, давай, босс. Жду.

Надо бы поесть. А то забыл, когда последний раз еду во рту держал. Надеваю черный деловой костюм и черную рубашку. У меня траур по семейной жизни, хули. По пути на работу заезжаю в барбершоп и окончательно привожу себя в порядок.

В тачке у меня начинает трезвонить телефон. Марина. А этой какого хера надо? Скидываю звонок и выхожу из авто. Размашистыми шагами захожу в офис, киваю охране, которая становится по стойке смирно.

Вхожу в приемную. Валентина, моя секретарша, подрывается и хлопает глазами. Красивая, молодая, сочная деваха. Мужской взгляд подмечает все это, всегда подмечал. Но сейчас, как никогда, мне совершенно неважны ее прелести. Она словно красивая картина — оценил и пошел дальше. Мне нужна моя женщина. Не абстрактный, эфемерный образ, а родная, самая любимая и единственная девочка.

— Мирон Алексеевич? — вытягивает меня из размышлений Валя.

— Валя, закажи мне завтрак и двойной эспрессо. И позови Германа.

Работа спорится. Пока меня не было две недели, дел накопилось немало. Разгребли кое-что с Германом, тендер обсудили. Носом землю по нему рыть придется, но оно того стоит. Строительство новой краевой больницы. Ставки очень высоки, надо будет выложиться на все сто процентов.

Ближе к вечеру Марина снова начинает обрывать телефон.

— Чего тебе? — выпаливаю вместо приветствия.

— Вот, значит, как ты заговорил со мной? — шипит коброй на меня.

— Марин, я не понял. Я тебе звезды с неба обещал, что-ли? Жениться? Бизнес отписать? Схуяли ты, коза драная, решила наезжать на меня?!

— Я беременна! — выпаливает она.

— И? — не понимаю, при чем тут я. — Мы трахались с тобой в гондоне, каждый раз.

— Ну и что! Они не дают стопроцентную гарантию! — верещит Марина истерично.

— От меня-то тебе что надо? — я по-прежнему не догоняю нихера.

— Это твой ребенок!

— Марин, ты ебнулась? — я охуеваю.

Реально охуеваю. Потому как всегда осторожен в этом плане, да и то, что у нас с Ритой не получалось заделать ребенка, тоже наводит меня на кое-какие мысли.

Это не может быть мой ребенок, хоть убей.

— Я в здравом уме и говорю тебе. Это твой ребенок. Точка. — Идиотка настаивает на своем, упорно твердя одно и то же.