Книга Измена. Ты больше не моя, страница 14 – Даша Черничная

Но знаю, что иначе не могу…

Варвара

Надо сказать, я не верила в Булата.

Я представила картину, как этот мужчина развлекается с какой-нибудь секретаршей, под стать Светлане. Вижу ту же картину, как Булат нагибает ее на кожаном диване, с оттяжкой шлепает по заднице, как та стонет. Как он входит в нее.

И тут мое СМС. Спаси. Помоги.

Вижу, как он откидывает телефон в сторону и продолжает делать то, что делал.

В какой-то момент я подумала, что сейчас прямо тут, на кушетке, все и случится. Есть очень красивый термин — репродуктивное насилие. Интересно, он был бы применим к моей ситуации?

До последнего я надеялась, что Миша придет в себя. Но что-то перещелкнулось в его голове. Какой-то переключатель опустился, и вариантов, что он поднимется назад, нет.

До последнего я надеялась, что Миша успокоится и уйдет. Поймет, что совершает огромную ошибку. Я видела, что он не в себе. Впервые в жизни мне показалось, что в него вселился сам Дьявол.

А потом он достал пистолет.

Вот тут надежда покинула меня. Врач трясся, как осиновый лист. И я бы не стала его винить, если бы он сделал подсадку насильно. Человек прост и примитивен, он боится за свою жизнь.

Я помню одно — страх. Страх из-за того, что шальная пуля может прилететь в кого-то.

Когда в дверях появился Булат со своими людьми, я не поверила собственным глазам. Это мираж? Видение? Игры разума, который выдает желаемое за действительное?

Мишу увели, и все силы, что были, оставили меня. Адреналин утих, настала апатия.

Мне вспомнился наш с мамой крошечный дом на окраине маленького провинциального города. Деревянные ставни, герань на подоконнике. Бабушкино неработающее радио, которое мы оставили в память о ней.

Я помню запах сирени по весне, сладость пионов, помню копошение воробьев под крышей.

Из всех мест, где я была, даже самых дорогих курортов, мой ветхий отчий дом — вот где я бы хотела сейчас оказаться. И чтобы мама рядом. Здоровая и улыбающаяся.

Из этих теплых, но болезненных воспоминаний меня вырывает гудок клаксона.

Булат снова ведет машину агрессивно. Подрезает кого-то, и ему в ответ сигналят. Дежавю какое-то.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю его с заднего сиденья, на которое он меня запихнул.

Мне кажется, что Булат не ответит, как и несколько дней назад, он сосредоточен и полностью увлечен дорогой. Но мужчина удивляет меня ответом:

— Туда, где ты будешь в безопасности.

Яснее не стало, но я больше ничего не спрашиваю. Раз не сказал сразу, значит, бесполезно допытываться.

Я боюсь Булата. Боюсь неизвестности, но успокаиваю себя тем, что он не обидит меня. Если бы не хотел — не примчался бы.

Мы едем недолго. Выбираемся из города и практически сразу сворачиваем с трассы в лес. Едем по узкой асфальтированной дороге, въезжаем в поселок с дорогими коттеджами.

Булат подъезжает к одному из домов. Его толком не видно, только крышу. Забор высокий, кирпичный. Такой не перелезть.

Ворота открываются, мы сразу попадаем на пост охраны.

Булата приветствуют охранники. На плечах у них автоматы. Мужчины коротко переговариваются, и Булат снова трогается, заезжает в гараж, паркуя машину в один ряд с другими дорогими тачками.

— Выходи, — бросает он.

Я слушаюсь и покидаю салон машины, обхожу ее, приближаюсь к Булату.