Книга Ремонту не подлежит, страница 126 – Лорен Форсайт

Я улыбнулась.

— Только не я, я уже вся сморщилась, как сухофрукт.

Дилан тоже напялил улыбку и кивнул, когда Ники спросила, все ли у него хорошо.

Я ушла, не оглядываясь. Надо было сразу уйти.

Я открыла глаза и увидела Толу: та лежала рядом, вцепившись мне в руку, как детеныш коалы. Интересно, почему она спит не в своей кровати? Я повернулась и увидела, что ее кровать была доверху завалена одеждой.

Тола казалась такой милой: на ней была футболка с эмблемой Guns N’ Roses на несколько размеров больше, по лицу размазались золотые тени. Маленький ангелочек, забравшийся в косметичку старшей сестры. Я высвободилась из ее тисков, надела форму для бега, тихо расстегнула молнию на палатке и, выйдя на улицу, обнаружила Ники при полном макияже: та делала селфи на фоне своего шатра.

— Доброе утро! – театральным шепотом произнесла она. – Решила сделать селфи.

Я глубоко вдохнула. Она вдруг показалась мне такой нормальной. Как любая другая женщина, которая обратилась ко мне, поскольку ее парень не замечал ее, не уделял ей внимание и не хотел брать на себя взрослые обязательства. Но проблема в том, что Дилан все это делал и старался, как ни старался ни один мой клиент, а ей этого все равно было мало.

— Ники, вообще-то, я надеялась с тобой поговорить…

— Конечно, дорогая, мне тоже хочется с тобой поболтать, но сейчас я должна доделать селфи. – Она знала, о чем я хотела с ней побеседовать, и, видимо, решила оттягивать этот момент до последнего.

— Я быстро, – сказала я и улыбнулась акульей улыбкой. – Пойдем позавтракаем вдвоем. Обсудим, как продвигаются наши проекты.

Кажется, мне удалось привлечь ее внимание. Она немного растерянно улыбнулась и кивнула.

— Ладно, уговорила. Я дала шеф-повару рецепт гречишных вафель от своего нутрициолога и, надеюсь, он справится!

Мы сели за столик в саду. Ники улыбалась и махала всем и каждому, как королева Англии.

— Извини, я знаю, это очень смущает, но такая уж у меня работа, – сказала она и уткнулась в телефон. Я накрыла ладонью экран, и Ники потрясенно уставилась на меня.

— Мы же хотели поговорить.

— О Дилане? – спросила она и положила телефон на стол, но продолжила коситься на него так, будто в этой коробочке содержались разгадки тайн вселенной.

— О Дилане.

Ники кивнула и внимательно на меня посмотрела.

— Ты хорошо поработала, этого у тебя не отнять. – Она задумчиво отхлебнула сельдерейный сок. – В начале мне показалось, что вы совсем не ладите, и, признаюсь, у меня были сомнения, но потом вам вроде удалось найти общий язык?

— Я не…

— Он стал таким романтичным и внимательным, полагаю, это твоя заслуга? – Ники усмехнулась. – Я думала, Дилан вымотается после целого дня работы над презентацией, но он всякий раз приезжал ко мне и казался таким воодушевленным, таким… страстным.

Ники знала, как надавить на болевые точки. Неужели я настолько прозрачна, неужели так очевидно, что я влюбилась в ее мишень?

— Короче, дорогая, мне кажется, нашу работу можно завершить здесь и сейчас. Дальше я сама справлюсь. – Ее лицо было непроницаемой маской. – Естественно, я заплачу полную сумму. Я вижу, что ты очень помогла с деловой частью вопроса. Кажется, это у тебя лучше всего получается.

— Не понимаю. Ты хочешь отменить сделку?

Ники поправила позу и перекинула волосы через плечо. Интересно, во сколько она встает, чтобы выпрямить волосы? Мечтает ли о том, что не нужно будет рано вставать и делать укладку? Ники снова взяла телефон, рассеянно пролистала ленту, улыбнулась, увидев, сколько лайков ей поставили. Раньше я не замечала, что у нее настоящая зависимость: она никогда не уделяла собеседнику безраздельное внимание. Наверное, поэтому ее внимание казалось таким бесценным даром. Человек, которому доставался этот дар, чувствовал себя особенным. Наверное, c Диланом тоже было так.