Книга Жестокие сердца, страница 28 – Ева Эшвуд

Может, это просто мой мозг блокирует правду, придумывая такой сценарий. Он дает мне то, чего я хочу больше всего: братьев Ворониных, которые здесь, со мной, в то время как на самом деле Трой просто насилует меня, и конца этой пытке не видно, а помощь не приходит.

Трой снова воет от боли, и я встряхиваюсь.

Нет. Наверное, это все же правда. Должно быть правдой.

Все обрушивается на меня в один миг, пока мой разум пытается переварить произошедшее. Сидение взаперти в тесном подполе, почти что голодание, и Трой, снова и снова овладевающий моим телом. Эмоции зашкаливают, и я, пошатываясь, поднимаюсь на ноги. Они дрожат так, словно едва выдерживают мой вес, адреналин бурлит внутри, отчего моя кожа становится холодной и липкой.

С моих губ срывается тихий стон, едва различимый на фоне других звуков, наполняющих холл, и Рэнсом тут же поворачивается ко мне.

— Уиллоу, – бросаясь ко мне, говорит он хриплым от облегчения голосом.

Это, кажется, выводит Мэлиса и Вика из состояния ярости, и они оставляют Троя там, где приперли его к стене, и тоже подходят ко мне.

Какое-то мгновение все, что я могу делать, это смотреть, как они собираются вокруг меня. Я потрясена, дрожу, растеряна, и когда открываю рот, то оттуда выходит лишь тишина.

— Привет, – бормочет Рэнсом. – Теперь ты в порядке. Ангел?

— Она в шоке, – говорит Вик.

— Неудивительно, после того, через что этот ублюдок заставил ее пройти, – рычит Мэлис.

— Уиллоу, кивни, если слышишь меня, – голос Рэнсома тих, в его сине-зеленых глазах светится беспокойство.

Я смотрю на него и чувствую, что киваю, хотя на самом деле не осознаю, что отдала своему телу такую команду.

Он улыбается, ярко и безупречно, как и всегда.

— Хорошая девочка. Вот так. Мы с тобой. Сейчас мы вытащим тебя отсюда. Черт, что этот монстр с тобой сделал?

Он видит, как я, должно быть, выгляжу: растрепанные волосы, синяки на коже после драки с Троем, изможденное лицо и ввалившиеся глаза.

Мэлис издает низкий горловой звук, похожий на стон раненого животного. Он снимает куртку и передает ее Рэнсому, а тот помогает мне в нее завернуться.

— Ну вот, – бормочет Рэнсом. – Все в порядке, красавица. Ты с нами. Мне чертовски жаль, что мы не пришли раньше. Но теперь мы здесь.

Это всё правда.

Ребята кучкуются вокруг меня, пока Трой не пропадает из поля зрения. Они здесь, настоящие, а не просто плод моего измученного разума.

— Я… – мой голос срывается, поэтому я сглатываю и пытаюсь снова. – Не могу поверить, что вы пришли. Вы нашли меня.

— Мы всегда тебя найдем, – говорит Мэлис. – Всегда. – Но сила его слов не отражается на его лице. На нем измученное выражение, в глазах что-то затравленное. – Мы старались прийти раньше. Как только они тебя забрали. Пытались добраться до тебя.

Я киваю, потому что знаю. Знаю, что они были бы здесь в тот же день, когда меня похитили, если бы могли. Я могу представить, как они лихорадочно искали, переворачивали весь город с ног на голову, чтобы выйти на мой след. У меня нет сомнений на этот счет.

Рэнсом протягивает руку и касается моего лица, привлекая мое внимание к себе. Он откидывает мои волосы назад, заправляя их за уши, а Трой за спинами братьев издает низкий стон.

— Что случилось? – спрашивает Рэнсом. – Что он сделал?

По правде говоря, пусть я и пережила весь этот кошмар, думать о нем я не хочу. Не хочу ворошить прошлое. Но парни пристально смотрят на меня, и я пытаюсь выдавить из себя хоть какие-то слова.