Книга Ткачи снов, страница 49 – Каролин Валь

Вдруг она услышала с задней части саней рыдания и повернулась. Исаака сидела спиной к ней на шкурах, завернувшись в одну из них, повернув лицо на север, туда, откуда поднимался чёрный дым от башен. Она казалось хрупкой, как раненое животное, и вся та сила, которая исходила от неё, исчезла, так, словно она сняла пальто. Видимо, только в этот момент она в первый раз по-настоящему поняла, что случилось.

— Мне очень жаль, что это случилось с твоей семьёй. - Голос Навии звучал также удручённо, как она себя чувствовала. И она ощущала то бремя, которое Исааке придётся нести, как своё собственное.

— Я спряталась под не прикрепленную половицу, - сказала Исаака, как будто не слышала её замечания.- Мой отец хотел отремонтировать пол уже два года назад, перед наступлением тёмных дней, и никак не доходили руки. Втайне он, наверное, чувствовал, что нам понадобится небольшое отверстие под домом. Я первая залезла в него, у мамы на руках была сестра. Я слышала их голоса и спряталась. Они знали, кто мой отец. Они знали его имя. Я подглядывала за ними через крупные щели в полу и всё видела ...

Плача, она уткнулась головой в руки, а Навии хотелось протянуть руку и погладить её по прямым, частично испачканным копотью волосам.

— Брея была ещё ребёнком ... - выдавила теперь Исаака и подтянула колени к подбородку, обхватила их руками, раскачиваясь туда-сюда.

Постепенно степная равнина предгорья уступила место холмам и впадинам. Пейзажи выглядели, как картины, которые Навия видела в окнах особняков большого города, висящих в тёплых комнатах. Их путь обрамляли покрытые снегом деревья с обледенелыми стволами и низко свисающими сосульками, которые уже многим путешественникам послужили в качестве оружия или источником воды. Луна, прорывающаяся сквозь плотные тучи, заставляла переливаться покрытое снегом поле и освещала пейзаж призрачным светом.

— Брея - это твоя сестра? - спросила Навия спустя некоторое время, когда плач Исааки немного поутих.

— Да. Ей ещё не исполнилось даже десяти, и она любила тёмные дни. Она никого не боялась, у неё было большое сердце. Она ... никогда ... - Снова Исаака замолчала, и Навия услышала, как она сделала короткий вдох. - Я не понимаю, чего добивается Таль своими действиями. Мы жили без страха, и были частью нашего клана. Мы ели вместе с ними, принимали участие в их церемониях, разделяли с ними нашу гостиную ... Ты меня слышишь, Таль?

Навия заглянула через плечо и увидела, как Исаака убрала руки с колен и протянула кулак в перчатке в небо, где сверкало четыре звезды, светлее, чем луна - дом бесконечности. Звёзды богов.

— Страж зимы, почему ты навлёк на нас такую беду? Мы дали тебе какое-то основание или твоё существование такое утомительное? Ты мог бы предупредить нас ... Мы твои дети ... Мы дети Кев..

— Моего отца тоже убили незнакомцы, - тихо сказала Навия через плечо, и Исаака повернула к ней голову. На её всё ещё слегка измазанном копотью лице были видны следы от слёз.

— Откуда ты знаешь, что это были незнакомцы?

— Потому что ни один член моего клана не причинит что-то подобное другому. В течение многих десятилетий никто больше не умирал неестественной смертью. Несколько стариков замёрзли во время тёмных дней. А за пределами деревни замёрз ребёнок, когда хотел похвастаться своей смелостью и заблудился.