Книга Ткачи снов, страница 117 – Каролин Валь

Он посмотрел на племянницу.

— Ты не должен из-за нее принимать поспешных решений.

Канаель с трудом сглотнул.

— Я не считаюсь со служанкой, когда принимаю решения. Тем не менее, я хочу помочь Песне Небес.

— Ее зовут Зария, Канаель. Зария Ди`Наль.

Геро покачал головой, как будто пытаясь отогнать мысль.

— Но, наверное, будет лучше, если мы и дальше будем называть ее дворцовым именем. Иначе может возникнуть слишком много вопросов. Ты по-прежнему хочешь попасть на остров, не так ли?

— Да.- Я должен защитить Удину и выяснить, что означает мой сон.

— Возможно, там Песня Небес вновь обретет воспоминания. Наверное, это единственная возможность, которая у нее осталась, чтобы избавиться от действия яда.

— И это означает…?

— Это означает, что как только Песня Небес проснется, а произойдет это уже скоро, мы переправимся на остров. Но сначала поедем в Кевейт. Здесь, в Муне, мы не найдем никого, кто нам поможет.

Крон, Осеннее царство

Необычная тишина сопровождала Ашкина в пути. Он вслушивался в гудящий звук смерти, которая как туман лежала над Кроном, проходя сквозь незапертые, массивные городские ворота. Они были выше самых высоких домов в городе, и никем не охранялись. Не было ни одной стражницы в их облегающих серебристо-коричневых кожаных костюмах с арленским гербом. На них всегда приятно было смотреть.

По крайней мере, большинство его людей мужчин порадовались бы, глядя на них. Как в Весеннем, так и в Осеннем царствах, по традиции на престол всходила женщина. Все остальное было бы оскорбительным для богинь, в конце концов, Кев и Сыс были покровительницами обеих царств, поэтому не было ничего удивительного в том, что женщины охраняли стены города. Но теперь он не увидел ни одной воительницы. Крон как будто вымер.

С крыш, покрытых темной черепицей и устойчивой к ветрам, не слышалось привычного крика детей, которые с наступлением ночи сбегали из дома и устраивали испытания на смелость, перепрыгивая с крыши на крышу. Ашкину не нравилось чувство, которое вызывала в нем эта обманчивая тишина. Убийство правительницы Осеннего царства оставило следы уже на следующий день, Ашкин даже чувствовал их вкус. Мертвая тишина. Повсюду.

Его взгляд скользнул по темно-серым фасадам домов, и он почувствовал, как кольнуло в груди. Не было ярких рыбацких домиков, открытых площадей, лишь темные башни дворца Далиен, возвышающиеся на фоне ночного неба, одновременно обетованные и грозные. Как и в большинстве больших городов в Кроне было четыре больших площади, каждая посвящена определенному божеству. Но чем глубже он продвигался в город, тем больше у него создавалось впечатление, что это уже был не его Крон.

Не тот город, в который он приехал подростком, а покинул, как живая легенда. Некоторые окна были заколочены досками. В других домах не было дверей. Ему казалось, что в проемах стоят тени, он слышал неуклюжие шаги детских ножек, которые тут же смолкали. В воздухе стоял тяжелый запах сгоревшего дерева, почти улетучившийся, но все еще ощутимый.

Задумчиво вслушиваясь в тишину, он свернул на главную улицу, которая всегда была усеяна тележками с товаром. Но сегодня вымощенная дорога смотрелась голо без этих тележек с едой и другими товарами, которые всегда затрудняли движение. Это был день, предваряющий церемонию преклонения перед Сыс, поэтому в городе царил комендантский час. Но обычно его никто не соблюдал.